Глаз охотника | Печать |

Павлов С.



Литературное влияние — это не подражание, а общность тематики и жанра, преемственность и развитие тех или иных традиций.

Н. Сладков творчески рос и формировался под перекрестным влиянием М. Пришвина и В. Бианки. От Пришвина он унаследовал, в той или иной мере, зоркость художественного взгляда в познании природы, от Бианки — острую пытливость ученого-натуралиста. Органическое сочетание художественности и научности и придает творчеству Сладкова несомненный интерес и своеобразную прелесть.

Книга «В лесах счастливой охоты» разделена на три взаимосвязанных раздела: «Безымянной тропой», «Краешком глаза» и «В подводном лесу». В первом разделе собраны рассказы и очерки, уводящие читателя в глухие и таинственные горные леса и раскрывающие целую панораму их диких обитателей; второй раздел содержит те, порой очень тонкие и глубокие, наблюдения, которые охотник-природолюб производит «на ходу», одним взглядом, мгновенным и метким, как удачный выстрел; третий — знакомит с подводным миром, цветным и туманным, будто волшебный фонарь.

Книга Сладкова, как и любая талантливая охотничья и природоведческая книга, будет с любопытством и пользой читаться любым читателем независимо от возраста: она помогает познанию родной земли, родной природы, делая это в живых и увлекательных образах.

Книга знакомит читателя с самыми разнообразными представителями животного царства: тут и первобытно-могучие грифы на каменных скалах, и поистине феерические проделки лисиц и медведей, и весенние танцы (любовные игры) журавлей, и грациозная подводная птичка-певунья (оляпка), и многое, многое другое, отмеченное зорким глазом того настоящего охотника, который озабочен не только «трофеями», но и наблюдениями в природе. «В лесах счастливой охоты» — еще одно лишнее доказательство того, что разумная и культурная охота является своеобразным Зеленым Университетом, пестующим и, художника, и ученого. Примеры подобных художников-ученых, получивших «диплом» не в школе, а в природе, мы видим в лице С. Аксакова и А. Черкасова, Лесника (Дубровского) и Н. Зворыкина. В ряд с ними надо поставить и Н. Сладкова (не касаясь объема его талантливости).

Родственное внимание к животным, провозглашенное М. Пришвиным, глубоко чувствуется и у Сладкова, и в этом — одно из главных достоинств книги.

Жаль лишь, что в книгу включены рассказы «Желтоносый дуралей» и «Крик». Художественно сильные, они, однако, выпадают из общего тона: один, как бы там ни было, — браконьерский, другой — излишне чувствительный и, несомненно, «очеловечивающий» животное (лисовина).

Но это, как говорится, только «изъятие из правила».

Писатель не только уверяет, но и наглядно доказывает, что лес (и природа вообще) — это «жизнь, полная удивительных тайн», и что охота за этими тайнами — счастливая охота.

Не может остаться неотмеченным язык книги — точный и строгий, но не исключающий радужности, и умелое владение автора формой крошечной новеллы — одним из труднейших литературных жанров.

Хороши и рисунки К. Овчинникова, в особенности — заставки.