Самый, самый… | Печать |

Росин В. Е.



Фокстерьер Альма — мой верный спутник на охоте. Короткий обрубок ее хвоста всегда задорно торчит вверх. Лучшего охотника на норного зверя мне не встречалось.

Весной у Альмы появились щенки. До чего же потешные малыши! Облепят мать, друг дружку отталкивают, урчат, даже грызутся. Им было чуть больше месяца, когда соседский парнишка, семиклассник Федя, пристал ко мне:

— Подарите щенка! Охотником хочу быть.

Я знал, что щенок попадет в заботливые руки, и сказал:

— Ладно, выбирай!

— Дайте мне самого, самого лучшего! — загорелся Федя.

— Трудно сказать, кто из них будет лучшим, — пожал я плечами. — Все зависит от воспитания... У охотников разные есть способы выбирать щенят, но, по-моему, один из них самый верный. Вот сейчас увидишь.

Я подозвал Альму. Она поднялась с соломы и, досадливо косясь на преследующий ее гурьбой выводок, перешагнула через ограждавшую логово доску. Повизгивая, щенки подпрыгивали, стараясь преодолеть неожиданное препятствие. Кое-кому удавалось зацепиться передними лапами за верхний край доски, но подтянуться не хватало силенок. После двух-трех попыток то один, то другой щенок боком отбегал в сторону и скулил, словно признавая свое поражение.

Больше всех суетился неказистый щенок с рыжим пятнышком на боку. Он так же тоненько повизгивал, как его братишки, но не прекращал попыток перебраться через доску. Вот он уже в третий раз свалился, в пятый... Но неудачи не обескуражили его. Сердито тявкнув, он подпрыгнул опять, ухватился передними лапами за доску и — вот молодчина! — перевалился через нее и кубарем бросился к матери.

— Бери его, — посоветовал я, — хорошим помощником будет.

— Так он такой щуплый!.. — разочарованно протянул Федя.

— Ну и что же? Зато какой настойчивый! Вырастет, и ни одна лиса, ни один барсук от него не уйдут...