По живым целям | Печать |

Формозов А. Н.



Каждый раз, когда осенью или зимой я еду к себе в Подмосковье, на первый же скрип калитки и звуки моей лопаты, сгребающей снег, со всех сторон собираются желтогрудые большие синицы, серенькие гаички, поползни, синицы-гренадерки с задорно вздернутым хохолком. Самые смелые тотчас же усаживаются на крыльце, залетают в сени, прыгают по веткам ближайших ко мне яблонь, испытующе заглядывая в лицо, и, убедившись, что я тот, кого они давно знают, прямиком отправляются на кормушку. А новая порция семян и хлебных крошек уже насыпана, свежие кусочки сала подвешены к ветвям деревьев — начинается пир. До позднего вечера участок наполнен веселой птичьей суетой. Даже в самые хмурые ноябрьские дни от милого соседства этих бойких, веселых пичуг теплее становится на сердце, легче спорится работа...

В конце января, едва солнце начнет пригревать и глубокие желобки пешеходных тропинок потонут в синеватой тени пышных сугробов, сколько звонких птичьих песен слышно в нашем поселке, когда окрестные леса еще так безмолвны и пусты! Там, пробираясь на лыжах по следам лисиц или заметив ямку, выкопанную в снегу сорокой, я не раз видел перья замерзших синичек, найденных и съеденных чуткими хищниками. Зимние дни так коротки, а морозные ночи так длинны, что синицы, корольки и даже сойки нередко остаются голодными, сильно истощаются и замерзают. А ведь как мало нужно, чтобы сохранить жизнь десятков зимующих и оседлых мелких птиц, по временам выкладывая для них подкормку — остатки со стола!

В приусадебном саду, у места подкормки, синицы десятки раз осмотрят каждую ветку яблонь, груш, слив, смородины, не забудут заглянуть в щели бревен сарая, столбов забора, отыскивая зимующих гусениц, кладки яичек вредных насекомых. Синицы, пищухи, поползни и даже полевые воробьи очень полезны для садоводства и лесоводства. Это бесспорно, но, мне кажется, не в этом главное. Птицы, в большинстве очень изящные, красивые, звонкоголосые, уже самим своим существованием так оживляют и украшают природу, что без них озера и реки, степи, поля, леса и сады потеряли бы значительную часть своей прелести. В дни отдыха или лечения в санаториях средней полосы лесной птичий хор, проникновенная музыка леса вместе с его целительным воздухом оказывают существенную помощь медикаментам, а в ряде случаев полностью их заменяют.

Чудесный мир пернатых! С детских лет мы начинаем любить отдельных его представителей, знакомясь с ними вначале по народным сказкам и легендам, по стихам Пушкина, Жуковского, Тютчева, а потом по романсам и симфониям Чайковского, Грига и многих, многих других... Горожанин, никогда не слушавший соловьев в зарослях черемухи у извилистой речки, не провожавший взглядом последнюю стаю журавлей, медленно плывущих к югу над туманными осенними полями, конечно же чем-то беднее сельского жителя, всегда стоящего лицом к лицу с величавой природой.

Биологии птиц посвящено несчетное число исследований; в частности, хорошо изучено их значение для сельского и лесного хозяйства, спортивной охоты. Во всех странах мира изданы специальные законы, чтобы уберечь птиц от истребления, имеется авторитетная международная организация по охране птиц. И, тем не менее, это дело в ряде стран, в частности и у нас, находится еще в очень плачевном положении.

Огромное большинство наших охотников совершенно не подозревают, что все неохотничьи птицы, кроме трех-четырех видов особенно вредных хищников, находятся под защитой закона и, следовательно, стрельба их запрещена. Да если бы «палилы» (иначе их не назовешь) и знали об этом, вряд ли они удержались бы от пальбы по любой встреченной птице размерами чуть крупнее воробья. Это глубоко укоренившаяся привычка у таких охотников в кавычках. С бессмысленной жестокостью они уничтожают веселых лесных тружеников: дятлов, нарядных удодов, сизоворонок, речных и болотных крачек, мелких чаек, куличков и доверчивых степных орлов, очищающих наши степи от сусликов. Я уже не говорю о разорении гнезд, о хищническом собирании для стола яиц уток и гусей, о вреде пастушьих и бродячих собак, уничтожающих много птенцов ценных птиц и молодых зайчат.

А что сказать о людях с винтовками, которые, тренируясь в стрельбе на морских побережьях нашего Дальнего Востока, используют в качестве мишени голову каждого показавшегося из воды зверя, будь то белуха, тюлень, котик или сивуч? Даже мировая слава прекрасного меха калана («камчатского бобра») не может защитить его от пули «палилы», обладающего нарезным оружием. Раненый или убитый зверь обычно тонет, или волны выбрасывают его на берег, где до несчастной жертвы невозможно- добраться. О том, какие ценности погибают при этом, говорит следующий факт. Несколько лег назад из шкуры крупного калана, найденного на берегу одного из Курильских островов, были изготовлены меховые воротники общей стоимостью 45 000 рублей (в старом масштабе цен)!

Судьба калана, самого ценного из пушных животных мира, крайне поучительна. В период плавания экспедиции В. Беринга в водах у Командорских островов, а также у южной оконечности Камчатки морские бобры были очень многочисленны. Хищнический промысел, длившийся более столетия, вызвал катастрофическое сокращение поголовья, несмотря на ряд попыток оградить калана от истребления. На Командорских островах даже за послевоенное десятилетие (1945—1955) его численность сократилась почти вдвое; из района у мыса Лопатки они исчезли полностью. В 1952—1953 годах, по наблюдениям профессора Б. Н. Васина, несколько сот каланов держалось у островов средней части Курильской гряды. Охота на этих зверей категорически запрещена, но надзор недостаточен. Надо заметить, что загрязнение прибрежных скал и берегов нефтью или смазочными маслами, почти неизбежное при появлении в бухтах даже небольших катеров, надолго отпугивает каланов и ухудшает условия их существования. Только создание группы специальных заповедников с очень строгим режимом охраны убережет наших каланов от гибели и обеспечит последующее увеличение их поголовья.

Каждому достаточно знакомому с историей охотничьего промысла в старой России или с летописью расхищения ее рыбных и лесных ресурсов совершенно ясно, что нерасчетливое, безалаберное и порой просто дикое отношение к природным богатствам имеет глубокие исторические корни, оно вошло в плоть и кровь значительной части населения нашей страны.  (Следует оговориться, что у ряда народностей (например, у эвенков, нивхов и др.) издавна существовали обычаи, ограничивавшие истребительскую охоту и т. п.) Чтобы преодолеть это наследие прошлого, нужна длительная и упорная культурно-просветительная работа, пропаганда идей охраны природы в семье, школе, в вузах и техникумах при участии пионерских и комсомольских организаций, а в учреждениях — через профсоюзы, спортивные общества и т. п.

Нужно настойчиво и умело знакомить население с лучшими примерами нового, любовного и сознательного, отношения к живым богатствам Родины. С детских лет, особенно в годы школьного обучения, необходимо прививать будущим гражданам живой интерес к пчелам, муравьям и бабочкам, к кормовым травам и скромным лесным цветам, к могучим дубам и соснам, к рыбам, птицам и зверям — ко всему безграничному великолепию природы шестой части земной суши. А для этого нужно создать большую разнообразную популярно-научную литературу для читателей разного возраста, живущих в разных географических районах.

Потребуется и переподготовка школьных преподавателей биологии, и коренное улучшение программ преподавания зоологии и ботаники в педагогических институтах. Сейчас огромное большинство преподавателей биологии совершенно не знают живой природы и не знакомы с задачами и методами ее охраны.

Периодическая печать, радио и кино также должны взять на себя значительную долю работы по пропаганде идей бережливого, заботливого отношения к живой природе. Комсомольцы Нижнего Поволжья проявили ценную инициативу в охране природных богатств края и в борьбе с браконьерством. Это движение «За ленинское отношение к природе» — прекрасное начало большого и важного дела, стоящего перед молодежью, да и не только перед молодежью, нашей страны. Будем надеяться, что вскоре оно станет всесоюзным.

Необходимо также устранить возникающие иногда междуведомственные противоречия, неблагоприятно сказывающиеся на использовании и охране ресурсов живой природы. Не так давно, например, чтобы избавиться от «затоваривания», Министерство торговли добилось свободной продажи малокалиберных винтовок всем желающим, без специальных разрешений. (Позднее это решение отменили, но было уже поздно: множество винтовок распродано, и все они не зарегистрированы.) Патрончики для этих винтовок очень дешевы, выстрелы их слышны только вблизи — поэтому уследить за нарушением сроков охоты обладателем такого оружия почти невозможно. Подростки деревень и поселков Подмосковья, вооружившись малокалиберками, стали в течение круглого года обстреливать все живое, начиная с белых трясогузок и кончая лосями. Я дважды прогонял «бригады» ребят, приезжавших на велосипедах и стрелявших весною по скворцам в пригородной полосе, где для этих милых и полезных птиц заботливо развешивают скворечники. Я находил дроздов, убитых пулей около гнезд в период кладки яиц, видел следы раненых, истекавших кровью лосей... И это в ближайших окрестностях столицы! Чего же можно ожидать в отдаленных районах?..

Борьба с браконьерством ведется далеко не везде, силами малочисленных егерей и отдельных охотников, а милиция и органы прокуратуры, как правило, слишком мягко относятся даже к злостным расхитителям охотничьих богатств. Надо пересмотреть статьи закона о нарушителях правил охоты и увеличить ответственность за браконьерство.

Только так, разъясняя всем и строго взыскивая с нарушителей, мы сможем обеспечить правильное использование ресурсов живой природы с учетом интересов будущих поколений.