Птицы поют | Печать |

Ливеровский А. А.



На моем столе лежит небольшая книга, обложка которой напоминает цвет зари — вверху зеленый, в середине желтый, а внизу, близко к солнцу, что вот-вот выглянет из-за леса, оранжевый. На светлом фоне — четкий силуэт птицы. Она поет, самозабвенно, горячо славя весну. От этого рисунка и до последней страницы книжки ощущение радости и света не покидают читателя.

«Охота за птичьими голосами», запись голосов птиц на магнитофонную ленту, — вот о чем рассказывает в этой книге писатель Н. И. Сладков.

Трудно сказать сейчас, кто был первым охотником за птичьими голосами.

Голос человека записывали еще старинные неуклюжие фонографы, потом — тяжелые стационарные магнитофоны. Человек сам подходил к этим аппаратам на необходимую дистанцию и говорил так, как было лучше для записи. С птицами было сложнее — они диктовать отказывались. Только с появлением портативных чувствительных и автономных магнитофонов оказалось возможным записывать голоса птиц не в доме человека, а в их доме — в лесу, в поле.

Н. И. Сладков не становится в позу первооткрывателя охоты за птичьими голосами, хотя он действительно был одним из первых, — он просто рассказывает об этом, очень тепло, поэтично и с большим знанием дела. Рассказывает так, что все понятно для детей и очень интересно для взрослых.

Увлекательна эта новая охота! «У ружья нет ни стволов, ни приклада. Вместо патронов — лента. Да и все ружье — как ящик. И наверху — кнопка. Ружье это несет охотник. Вот он медленно наводит ружье на поющую птицу и плавно нажимает кнопку... Песенка ее поймана и посажена в ящик».

А зачем все это? Только из спортивного чувства или для коллекции?

Нет! И автор очень ясно говорит об этом: «Мы хозяева песен. Их можно заставить служить ученым в лабораториях или ученикам в школах. Их можно отдать в кино или передать по радио. Птичьими голосами можно приманить в сады полезных птиц и отпугнуть вредных...» Птицы улетают, а «голоса их остаются и будут радовать людей круглый год».

«Охота наша особая. В ней ни пуха ни пера...»

Так начинает свою книжку Сладков — гражданин и ревнитель природы. Просто и целеустремленно, чуть нахмурясь в сторону обыкновенных охотников, стреляющих и убивающих. И тут же, с первого рассказа «За окном», с нами беседует уже другой Сладков — Сладков-художник. С теплой улыбкой он рассказывает про раннюю весну в городе, про перекличку забулдыги воробья с сосульками: «Чив! — воробей, дзень! — сосулька. И так это выходит хорошо и здорово, ей-ей не хуже, чем у заслуженных певцов — соловьев и жаворонков».

Рассказ за рассказом, и все в том же тоне — светло, радостно и как-то очень интимно по отношению к крылатым героям повествования. До мельчайших подробностей запоминаются такие миниатюры, как «Цена песни», «Земля», «Песенка подо льдом», «Завирушкина карусель» и многие другие.

Птицы у автора радуются, печалятся, сердятся, разговаривают. Что это, сказка? Нет. Птицы не сказочные — настоящие. Потому что весь птичий «быт» — заботы, страхи, повадки — самые всамделишные. Здесь мы видим уже Сладкова-натуралиста. Натуралиста подлинного, строгого в подборе фактов, знающего и умеющего видеть. Это он подметил и рассказывает нам, что за птичка-невидимка в лесную темнозорь тихим писком возвещает конец ночи. Это он объяснил читателям, почему лисичка кланяется, когда идет вдоль телефонной линии, почему зяблик — действительно зяблик.

В книжке 43 рассказа. Связаны они одной идеей, определившей и ее заглавие. Только три рассказа по содержанию как-то выпадают из общего плана («Лесные сигналы», «Ловкий удар», «На чужбине»). Их, пожалуй, не стоило бы помещать в этом сборнике.

Несколько искусственным выглядит деление всего материала по сезонам: весна, лето, осень, зима. Читателю это ничего не дает, автору же доставило, вероятно, немало затруднений.

Хорошую книгу написал Н. И. Сладков — умную и нужную. Нужную особенно в наше время, когда заботы о природе, о защите ее становятся всенародным делом.

Книга очень удачно иллюстрирована художницей Ел. Бианки.