Маленькие герои | Печать |

Кун А. Э.



Более пятидесяти лет бываю я ежегодно в лесу и в поле весной, летом, зимой, и много интересного пришлось мне видеть за эти годы. В этих заметках мне хочется рассказать о встреченных мною маленьких героях животного мира.

Моя первая встреча с зверьком-героем произошла очень давно, когда я только начинал интересоваться жизнью леса и его обитателями.

Я проходил со старым ожиревшим пойнтером мимо сенного сарая, как вдруг какой-то небольшой зверек шмыгнул из него к куче хвороста и исчез под ней. В двенадцать лет каждый зверь кажется желанной добычей. И хотя я и знал, что пойнтер не предназначен для ловли различных зверей и что мне не избежать наказания отца за порчу собаки, охотничий азарт заставил меня забыть об этом. Натравить собаку было делом одной минуты. Но лишь только она сунула нос в хворост, как на нее, громка вереща от бешенства, бросилась ласка. Собака отскочила, а зверек, прогнав ее, спрятался в хворост. Понукаемый мной пес вновь приблизился к куче, но ласка опять прогнала его.

Тогда я придумал зайти с противоположной стороны и поворошить хворост палкой. В тот же миг я услышал пронзительный визг собаки. Ласка вцепилась зубами ей в ухо и болталась на нем, как серьга, а собака трясла головой, пытаясь освободиться. Конечно, такая борьба не могла долго продолжаться, уж слишком неравны были силы! Собака сбила ласку лапой, и все было кончено.

Сообразив, что ласка, по всей вероятности, защищала детенышей, я разбросал хворост и обнаружил гнездо, а в нем четырех маленьких ласок. Думая воспитать их, я принес их домой, но вскоре все они погибли.

Это — воспоминание детства, но, несмотря на многие годы, прошедшие с тех пор, я не могу позабыть зверька, погибшего при защите своих детенышей. Этот случай научил меня бережно относиться к животным, и всегда, когда это было возможно, я старался помочь матери сохранить ее потомство.

Не менее интересной, но без трагического конца была моя встреча с героиней птицей.

Кто из нас не знает великолепного описания И. С. Тургенева, как раненая, окровавленная тетерка, разыскивая разлетевшихся тетеревят, бежала к манящему их охотнику, принимая звук манка за голос своего птенца? Этот случай не исключение: нет такой матери-тетерки, которая не отозвалась бы на голос своего цыпленка и не поспешила бы к нему, хотя она и не бросается на врага, как это делает домашняя курица, защищая свой выводок. Кто из нас не знает, как утка, притворяясь раненой, отводит от своего выводка и четвероногих и пернатых врагов? Но мне довелось встретиться с еще более самоотверженной матерью — это был вальдшнеп.

Дело было в середине июля, еще до наступления срока охоты. Я натаскивал в то время десятимесячную, довольно робкую собаку. Часа два мы с ней «гоняли» на болоте жирного дупеля, давно уже привыкшего и к собаке и ко мне. Я говорю «гоняли», потому что болотный кулик — дупель тем и хорош для натаски собак, что, поднявшись, далеко не отлетает, а обычно, пролетев несколько десятков шагов, садится, и собака может снова и снова по нему работать. Только если уж очень часто перегонять его с места на место, он, точно негодуя, что его беспокоят, хоркнув, поднимается и улетает на другое болото.

Становилось жарко, и мы с Ладой отправились домой. Идти нужно было лесом. Молодой собаке не дают работать в местах, где можно потерять ее из виду, но я решил на этот раз посмотреть, как будет вести себя моя ученица в лесу. Я не боялся, что она, не видя меня, начнет своевольничать, так как обучение ее уже подходило к концу и она была очень послушна.

Все шло благополучно. Лада не отходила далеко и хорошо шла на свисток. Но вот у большого лозового куста, росшего на краю поляны, она резко сбавила ход, потянула, прошла несколько шагов и замерла на стойке. Не успел я подойти, как почти из-под самой ее морды подпрыгнул вальдшнеп. Но что за вид был у него! Вальдшнепы отличаются своим щегольским видом, перышки на них лежат как приглаженные, этот же был весь взъерошенный, перья стояли дыбом, он широко раскрыл длинный клюв и издавал не то какой-то хрип, не то шипенье, хлопая крыльями. Одним словом, кроткая, безобидная птица превратилась в какое-то злобное существо, явно старавшееся напугать собаку. Я буквально остолбенел от изумления! Самое интересное то, что она достигла своей цели: собака начала пятиться, поджала хвост и подошла ко мне, вальдшнеп же скрылся в траве.

Я сразу не понял, в чем дело, и подумал, что птица была ранена. Приказав собаке идти у ноги, я стал пробираться в чащу, и оттуда поднялся сначала старый, а за ним два молодых, еще плохо летающих вальдшнепа. Тут мне все стало ясно: мать не подпускала врага к своему выводку.

Такие случаи редко приходится наблюдать, это большая удача в жизни любителя природы! Но есть еще одна храбрая птица, которую можно видеть в любой весенний день, стоит только пройти на ближайшее болото или просто низинку у небольшой речушки или пруда. Эта птица — чибис. С отчаянным криком вьется он над подошедшей близко к гнезду собакой, взлетает вверх, бросается вниз, садится под самым ее носом, бежит в сторону, стараясь подальше отвести врага. На его крик слетаются чибисы со всего болота, и все они налетают на собаку с разных сторон. Но стоит только отойти и отозвать ее, как все успокаивается. Чибисы, кончив кричать, возвращаются к покинутым гнездам, и только та птица, к гнезду которой подошла собака, еще долго-долго оглашает болото беспокойным криком.

Есть еще и совсем крошечные храбрецы. Кто живет за городом, тот, наверное, замечал, особенно часто по утрам, какой переполох поднимается среди мелкого пернатого населения, когда над полем пролетает ястреб-перепелятник. С тревожным криком несколько птичек, главным образом ласточек, бросается за ним. На их крик собирается целая стая. Все гонятся за ястребом, налетают на него сверху, сзади, с боков и преследуют до тех пор, пока крылатый разбойник не юркнет куда-нибудь в чащу леса.

А что делается в лесу, когда какая-нибудь птица, чаще всего почему-то дрозд, заметит сидящего днем на дереве филина! Весь взъерошившись, дрозд начинает испускать отчаянный крик, тревожный и звонкий. На его крик слетается все птичье население округи. Независимо от того, являются ли в обычное время все эти птицы друзьями или врагами, здесь, перед лицом общего страшного врага, они объединяются. Прямо диву даешься, откуда их столько берется! Вам известно, скажем, что в округе три гнезда вороньих и два сорочьих, а на тревожные крики собирается двадцать пять-тридцать сорок и ворон!

Не решаясь напасть, птицы кружатся над деревом, где сидит филин, перелетают с сучка на сучок, с ветки на ветку и кричат истошным голосом, точно говоря: «Вот он, ночной убийца! Здесь он! Бейте его!» И дело кончается тем, что филин улетает и забивается куда-нибудь в лесную глушь.

Надо сказать, что такое поведение птиц можно наблюдать не только во время гнездования, но и в дальнейшей их жизни; однако весной оно выражено ярче.

Невольно напрашивается сравнение с крупными хищными птицами, и, надо сказать, не в их пользу.

Филины, совы, ястребы-тетеревятники и другие ведут себя далеко не геройски. Все они вооружены такими когтями и клювами, что, без сомнения, человеку, подбирающемуся к гнезду, построенному на дереве или в его дупле, пришлось бы плохо в случае их нападения. Однако они, как только заметят человека, улетают от своих гнезд, не сделав и попытки к их обороне. Лишь сарычи иногда бросаются с высоты на человека, но, не долетая до него несколько метров и не решившись ударить, вновь взмывают вверх. Орлов мне не приходилось наблюдать, но, судя по литературе, они нападают и на человека, защищая свое гнездо.

Тем более интересно, что те птицы, которых природа не наградила ни ростом, ни силой, ни когтями, ведут себя самозабвенно при защите своих детей, несмотря на полную невозможность причинить какой-либо вред врагу.

Как и хищные птицы, многие звери, обладающие большой силой и средствами защиты, позволяют человеку безнаказанно отнять их детенышей.

Взять хотя бы волка. Когда весной уничтожают выводки на логовах, то стариков и не видят. Из логова берут весь выводок, а если волчата уже настолько подросли, что способны затаиваться у гнезда, прибегают к помощи собаки, которая разыскивает их и душит. Старые волки никогда не пытаются оборонять своих щенят, а скрываются в лесу и возвращаются лишь после ухода человека. Иногда волчица идет следом за уносящим ее детенышей охотником, но не было случая, чтобы она напала на своего обидчика.

Такое сильное животное, как лосиха, заслышав человека, подходящего к месту, где она отелилась, не пытается защитить своего еще совершенно беспомощного теленка, а отходит в сторону, и, стоя за деревьями, только фыркает, и топает передними ногами.

На что уж сильный зверь медведица, но и она, поднятая из берлоги, в которой находится ее потомство, обычно пытается спастись бегством и, только раненая, иногда вступает в бой с человеком. Правда, летом и осенью, когда медвежата подрастут, медведица ведет себя иначе: не давая детей в обиду, она яростно рвется в драку.

Так как же не назвать героем маленькую ласку, бесстрашно вступившую в бой с гигантской по сравнению с ней собакой, или вальдшнепа, который, не имея ни когтей, ни клюва, приспособленного для борьбы с врагом, все же бросился на него и пытался его прогнать.