Натуралист, педагог, писатель (Памяти П. А. Мантейфеля) (1/VII.1882— 24.III.1960) | Печать |

Гусев В. Г.

 


П. А. Мантейфель — прирожденный натуралист: он всю жизнь посвятил изучению замечательной природы нашей Родины.

Двенадцатилетний реалист Петр Мантейфель зачитывается рассказами о русской природе М. Богданова и Д. Кайгородова. Он мечтает о кругосветных путешествиях и пользуется особым расположением преподавателя естественной истории, который не раз спасает своего подопечного от возмездия за «подвиги» в традиционных схватках с гимназистами и многочисленные школьные проказы.

Будучи студентом Московского сельскохозяйственного института (ныне с. х. академии им. Тимирязева), П. Мантейфель увлекается работами академика Вильямса, углубленно изучает биохимию и геоботанику, а в свободное время много охотится в лесах Подмосковья.

По окончании института П. Мантейфель был оставлен при кафедре академика Вильямса для работы по изучению животного и растительного мира юго-восточной России. Молодой ученый изучает литературу, сутками находится в лаборатории, увлеченный сложнейшими анализами и расчетами, а также участвует в экспедициях по изучению Ханства Хивинского, пустыни Кызылкум (Красный песок), Ферганской долины и других мест.

В те годы эти далекие «окраины» были почти не изучены и труднодоступны. Для работы в этих экспедициях требовались самоотверженная преданность своему делу, большое упорство, умение завоевать доверие забитых и предубежденных местных проводников и охотников, наконец, большая физическая выносливость и личная храбрость.

Впоследствии Петр Александрович описал свои путешествия и наблюдения в ряде статей, заметок, в трудах о жизни животных и в книге «Рассказы натуралиста».

Солдат русской армии в первую мировую войну, позднее боец Красной Армии, П. А. Мантейфель с 1921 г. возвращается на «фронт восстановления народного хозяйства». Работая в системе Наркомзема, Петр Александрович занимался мелиорацией в сельском хозяйстве; но для него уже и тогда не могло быть более важного дела, как изучение жизни животных и охотничьего хозяйства.

В конце 1923 г., на основании декрета В. И. Ленина и постановления Московского Совета рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов, осуществилась реорганизация Московского зоопарка в целях создания передового научного и культурно-просветительного учреждения.

Петр Александрович принимает на себя основную часть этой работы. Он становится во главе группы научных сотрудников зоопарка, организует научно-исследовательскую лабораторию, устанавливает связи с зоопарками других городов и стран, с научно-исследовательскими учреждениями, охотниками и любителями природы.

Под его руководством и при его участии организуется ряд экспедиций в самые отдаленные уголки страны и пополняется коллекция животных Московского зоопарка.

К этому делу Петр Александрович сумел привлечь не только научные силы зоопарка, но и рядовых технических работников, а также и организованный им кружок юных биологов зоопарка (КЮБЗ) и целую сеть периферийных корреспондентов.

В зоопарке успешно разрешается проблема разведения соболей, осваивается техника инкубирования яиц страусов эму, впервые достигается размножение в неволе уссурийских тигров, зайцев-беляков, многих копытных, тетеревов, водоплавающих птиц и других.

Практика разрешения сложнейших биологических проблем силами Московского зоопарка и его широкого актива служит ярчайшим показателем преимущества метода коллективного творчества передовой школы советских биологов.

Организованный в 1924 г. кружок юных биологов зоопарка под руководством Петра Александровича повел большую научную работу.

«Размножение американских енотов в московском зоопарке», «Гибриды диких баранов с домашними овцами», «К биологии размножения соболя», «Рога оленей как показатель их здоровья», «К проблеме одомашнивания лосей», «Опыт хранения моркови, свежих муравьиных яиц и ягеля» и многие другие работы были выполнены юными биологами. «Можно смело сказать, что, не подготовив для Московского зоопарка сплоченной группы “кюбзовцев”, профессор Мантейфель не смог бы решить в зоопарке и треть тех проблем, которые он решил», — писал впоследствии один из учеников профессора (ст. А. Рюмина в сборнике «Московский зоопарк», Московский рабочий, 1949).

С открытием Московского пушно-мехового института, в котором П. А. Мантейфель возглавил кафедру биологии животных и биотехнии, большинство воспитанников Московского зоопарка стали поступать туда для получения специальности и в аспирантуру. Кафедра Петра Александровича стала школой советского охотоведения, которой была создана новая наука об активном воздействии человека на животный мир — биотехния.

 

 

 

Позднее Петр Александрович совмещал педагогическую деятельность с научной работой во Всесоюзном научно-исследовательском институте охотничьего хозяйства (ВНИО), где он руководил всей научной работой института и его филиалов.

Петр Александрович и его ученики в короткий срок сумели разработать целый комплекс мероприятий, направленных на сбережение и увеличение наших охотничьих богатств.

Характерно, что исследования Петра Александровича и его учеников, а особенно выводы, полученные в результате этих исследований, никогда не были оторванными от жизни, насущных задач сегодняшнего дня и перспектив на будущее.

Изучение линьки и приспособления животных к изменению температурных условий обеспечило не только более глубокое раскрытие их эволюции и образа жизни, но и ряд практических мероприятий в области акклиматизации животных, звероводства и других областей хозяйства.

Наблюдения за гнездованием волнистых попугайчиков и водоплавающих птиц послужили ступенью к раскрытию роли внешних раздражителей в жизни животных. Опыты над мухами и отношением их к различным цветам вооружили нас знаниями, необходимыми для борьбы с ними.

Петр Александрович как никто другой умел «разбить» фальсификатора от науки или направить заблуждающегося биолога умело поставленным вопросом, тонкой иронией, подлинным пониманием жизни природы и ее обитателей.

Даже в работе с юннатами он не терпел домыслов и фальсификации подлинного знания. Выражение «по-моему» было изгнано из обихода учеников его школы. Только «по-настоящему», только на основании подлинных наблюдений и обстоятельного эксперимента можно делать выводы и переходить к широким научным обобщениям. При участии П. А. Мантейфеля создаются научно-популярные фильмы: «Закон великой любви», «Сила жизни», «Звериной тропой» и другие. Эти, казалось бы специальные, фильмы с интересом смотрят миллионы людей самых различных профессий и возрастов. Каждый фрагмент этих фильмов знакомит зрителя с сокровенной жизнью живой природы, учит любить и познавать ее. Народ высоко оценил труд создателей этих фильмов. За участие в их съемке и подготовке П. А. Мантейфель был удостоен государственной премии... В 1927 г. вышла книга Петра Александровича «Наши лесные животные и охота за ними» (изд-во «Молодая гвардия»). Книга эта подкупает прежде всего подлинным знанием жизни обитателей леса. Тираж ее разошелся чрезвычайно быстро, в настоящее время она является библиографической редкостью.

Итоги многолетних работ по изучению соболей подведены в брошюре П. А. Мантейфеля «Соболь» (КОИЗ, 1934). Под его руководством удалось раскрыть сроки беременности и весь половой цикл этого драгоценного и очень «скрытного» зверька, разработать методику его содержания в неволе и приступить к массовому разведению в неволе, что дало стране миллионы рублей. Выяснилось, что основной причиной неудачных опытов по разведению соболей было незнание сроков их размножения. Эти осторожные и очень редкие в то время зверьки спариваются в июле, а приносят детенышей после девятимесячной беременности. До этого считалось, что брачный период у соболей приходится на весну, а беременность длится полтора-два месяца. В процессе работы ученому пришлось сталкиваться с «капризами» соболей в части кормления. Так, в одном ряду клеток соболи размножались вполне успешно, а их соседи не давали потомства. Оказалось, что в первом случае соболи пополняли свой рацион ловлей насекомых, слетавшихся под фонарями, а обитатели неосвещенных вольер довольствовались только казенным пайком... Пришлось ввести в рацион требовательных зверьков мозг и печень...

В 1935 г. вышла из печати брошюра П. А. Мантейфеля «Биология зайцев, белок и их болезни». Справедливо считая соболей, белок и зайцев основой пушных заготовок, ученый всегда уделял этим видам особое внимание.

Работа с юными натуралистами, наблюдения в природе и опыт содержания животных в зоопарке послужили основой создания замечательного цикла «Рассказы натуралиста», впервые вышедших в 1937 г. в Учпедгизе и неоднократно переизданных (1939, 1955 и 1958 гг.). Эту книгу рассказов с интересом читают не только дети, взрослые любители природы и рядовые охотники, но и специалисты биологи и охотоведы, для которых она стала настольной книгой, читают ее с увлечением, находя в рассказах ответы на самые насущные вопросы, выдвигаемые жизнью и работой.

В 1947 г. Госкультпросветиздат выпустил книгу профессора «Жизнь пушных зверей». Казалось бы, что содержание этой книги может заинтересовать лишь ограниченный круг специалистов и часть охотников. Однако ее читателями стали люди самых различных возрастов и профессий. Стотысячный тираж книги разошелся в течение нескольких недель, и уже через год потребовалось новое издание. Характерно, что повторно книга вышла в научно-популярной серии «Библиотека солдата и матроса...»

Совместно с С. А. Лариным Петр Александрович создает пособие «Волк и его истребление», выпущенное в 1949 г. издательством «Физкультура и спорт».

П. А. Мантейфель сделал немалый вклад в области борьбы с волчьей опасностью. В частности, методика уничтожения волчат в весеннее время, которая так широко практикуется в настоящее время, разработана и внедрена при содействии профессора и его соратников.

 «Справочник промыслового охотника», «Спортивное охотничье хозяйство» А. Лепехина, «Спутник промыслового охотника» и десятки других книг выпущены под редакцией профессора.

Более 250 статей в газетах и журналах посвятил он развитию и популяризации любимого дела.

Доклады, лекции и консультации П. А. Мантейфеля, в которых он никогда не отказывал организациям и отдельным лицам, заронили во многих людях любовь к природе и живой интерес к ее изучению.

Прикованный болезнью к постели, лишенный зрения, этот прирожденный боец, труженик и организатор диктует новые заметки натуралиста, помогает своим многочисленным ученикам в их работах, консультирует охотничьи и научные организации по вопросам биологии и охотничьего хозяйства.

Велико научное, литературное и педагогическое наследство профессора. Еще больше наследство его идей, его биологической и охотоведческой школы, практических дел, осуществленных при его участии и по его инициативе.

Созданная профессором молодая наука биотехния, наука об активном воздействии человека на жизнь животных, развивается с каждым годом.

Сотни учеников Петра Александровича, работающие в самых различных и отдаленных уголках нашей Родины, в большом долгу перед памятью своего учителя. Пусть их дела будут достойны этой памяти.