Охота в Каракумах | Печать |

Сапоженков Ю. Ф.


Природа Каракумов

В жаркий летний день пустыня кажется безжизненной. Кругом целые барханы подвижного сыпучего песка. Раскаленный, точно застывший воздух неподвижен; иногда на горизонте возникает мираж — большое синее озеро, зеленые верхушки деревьев. Температура воздуха даже в тени достигает больше 45°С, а песок накаляется до 70°С и больше. Кое-где между барханами встречаются серые, однотонно окрашенные кустарники кандыма, черкеза, белого саксаула, пучки сухой травы, громко шелестящей на ветру. Иногда на склоне бархана встретится единственное деревцо сыпучих песков — песчаная акация, по-туркменски сюзен.

Влаги в пустыне мало. Осадки в виде дождя и снега выпадают только весной и отчасти в осенне-зимний период. Они в среднем по Каракумам редко достигают двухсот миллиметров.

В больших понижениях между цепями барханных гряд, там, где уровень грунтовых вод подступает ближе к поверхности, часто находятся заросли черного саксаула, образующего настоящие и очень своеобразные леса пустыни. Черный саксаул растет здесь в виде толстых деревьев с корявыми, серыми, точно облезшими сучьями. Деревья нередко достигают высоты более пяти метров. В черносаксаульниках растет небольшая, высыхающая уже в июне, песчаная осока илак — одно из наиболее ценных кормовых растений. Весной в черносаксаульниках сплошным ковром цветут красные маки, малькольмия (похожая на сирень), гусиный лук, эминиум с красивыми бархатисто-черными цветами.

Но вот проходит апрель. Растительность постепенно выгорает, пустыня быстро теряет свои пестрые весенние краски и становится все более и более однообразной. Кормовые условия некоторых животных резко ухудшаются, и они залегают в летнюю спячку, которая затем без перерыва переходит в зимнюю. Желтый суслик, например, находится в спячке около девяти месяцев в году.

Грунтовые воды в песчаной пустыне Каракумы на поверхность не выходят, и поэтому многие типично пустынные животные воду систематически не употребляют, довольствуясь скудной влагой, поступающей вместе с пищей. Из промысловых млекопитающих обходятся без воды пустынная рысь каракал, барханный кот, дикобраз, тонкопалый суслик, отчасти заяц-толай, джейран. Постоянно нуждаются в воде лисица-караганка, степной кот, корсак, а также шакал, волк и кабан, часто заходящие из тугаев и гор в пески. В окрестностях станции Репетек Ашхабадской железной дороги, расположенной в семидесяти двух километрах от реки Амударьи, мы неоднократно отмечали случаи гибели кабанов и шакалов от недостатка воды. Воду животные пьют часто в непосредственной близости от жилья человека.

В холодные зимние дни в пустыне почти не видно животных. Можно пройти много километров и встретить лишь саксаульную сойку, пару-другую скотоцерок. Только иногда встретится след зайца-толая или лисицы-караганки. Кусты кандыма и саксаула стоят бурые, однотонные, под цвет окружающих песков. Летом в ранние утренние часы, а особенно после обеда можно видеть много различных видов змей и ящериц. На ветвях саксаула лежат стрелки-змеи, получившие свое название за способность бросаться с кустов на добычу — преимущественно мелких ящериц. Красивыми изваяниями на фоне чистого неба застыли на гребнях барханов ушастые круглоголовки, похожие на страшных драконов из восточных сказок. Иногда в пустыне встречается самая большая ящерица нашей фауны, достигающая более полутора метров длины, — серый варан. Еще в 20—30-х годах шкурки варана заготовлялись охотниками. В некоторых азиатских странах мясо варана считается съедобным и на него интенсивно охотятся.

Особенно оживленной кажется пустыня летним вечером. Около своих нор суетятся большие песчанки, выползают из своих убежищ ядовитые змеи — песчаная эфа, кобра, фаланги, скорпионы. Оживленно перекликаются дневные птицы, а после захода солнца, который окрашивает весь небосклон и окружающие барханы в кроваво-красный цвет, вылетают на ночную охоту буланый козодой, сычики, пустынный филин, летучие мыши. Ночи летом холодные, темные, на бархатно-черном небе множество звезд; часто мрак ночи огненными полосами рассекают падающие метеоры. Рано утром везде на песке можно видеть пестрые узоры следов ночных жуков, песчаных удавов, тушканчиков, скорпионов, зайцев, ушастых ежей. Но вскоре после восхода солнца они засыпаются песком и исчезают.

Подавляющее большинство пустынных животных — норники: песчаные тушканчики, суслики, ушастые ежи. Даже некоторые птицы, например утка-пеганка, бактрийский сычик и каменки, устраивают свои гнезда в норах, где температурные и защитные условия более благоприятны. Из охотничьих животных особенно сложные, глубокие и длинные норы устраивают дикобраз, песчаный барсук. Каракал, барханный и степной коты сами нор не роют, а занимают чужие. Не роет нор заяц-толай, однако, как показывают наблюдения, молодые зайчата при преследовании часто прячутся в норы.


Охотничье-промысловые млекопитающие Каракумов

Основным по численности охотничье-промысловым животным в песчаной пустыне Каракумы является заяц-толай. В черносаксаульниках Восточных Каракумов на площади 1 кв. километр мы иногда насчитывали до десяти толаев. По своим размерам это один из самых мелких зайцев нашей фауны. Самки обычно несколько крупнее самцов и отличаются от них более тупой мордой. Серо-песчаная с палевым оттенком окраска мало изменяется в течение года. Живой вес не превышает 2350 граммов, а в среднем равняется 1800 граммам. Вес чистого мяса обычно редко превышает 1,5 килограмма. Мясо туркменского толая нежное и очень вкусное. Численность зайца-толая подвержена резким колебаниям. В некоторые годы за один день охоты можно и сейчас встретить до тридцати зайцев, а в другое время лишь одного-двух. Питается он круглый год преимущественно веточками песчаной акации, кандыма, различными видами солянок, в период вегетации эфемеров поедает травянистые растения. Размножаться начинает очень рано. В 1958 году беременных самок мы добывали уже в первой половине января, молодые первого помета появились в начале февраля. Беременных самок мы добывали по июль. По-видимому, даже в условиях песчаной пустыни у толая бывает не менее двух пометов в год. Обычно число эмбрионов первого помета у зайчих редко превышает двух, а позже достигает даже семи.

Большую часть дня толай проводит где-нибудь в укромном месте: кормиться выходит только после захода солнца. Охотятся на зайца-толая в Каракумах с ружьем, просто прочесывая кустарники, с туркменскими борзыми собаками тазы, с соколами. Летом в жаркое время дня вспугнутый заяц далеко не убегает, а старается быстрее укрыться в тени. В это время он и становится особенно легкой добычей туземного охотника. Чаще толая ловят капканами. В черносаксаульниках их расставляют на тропинках, а в барханных песках — около деревцев песчаной акации. В качестве приманки часто ломаются верхушка и ветви акаций. Следует подчеркнуть, что охота на толая повсеместно в пустыне проводится без соблюдения всяких правил и сроков. Несомненно, это один из интересных и наиболее доступных объектов спортивной охоты в Туркмении.

Лисица-караганка — основной пушной зверь Туркмении. Ежегодно в республике добывается около пятидесяти тысяч шкурок. Селится караганка преимущественно в закрепленных песках, вырывая сравнительно неглубокие норы. Питается в основном мелкими грызунами — песчанками, тушканчиками, сусликами, а также змеями и ящерицами. Весною, а отчасти и летом большое место в питании караганки занимают пустынные насекомые. Гон начинается в январе, молодые чаще появляются в апреле. Количество лисят в помете обычно четыре-пять. Размножается один раз в году. Во время гона мы наблюдали по девять лисиц в одной стае. На лисицу-караганку охотятся с борзыми тазы, иногда стреляют из ружья, но наибольшее распространение имеет капканный промысел. Нередко в отдаленных районах пустыни можно видеть около туркменских юрт привязанных почти ручных лисят. Маленькие дети играют с ними, как со щенятами.

Корсак отличается от караганки более мелкими размерами, рыжевато-серой окраской тыльной стороны ушей и черным кончиком хвоста. В Туркмении корсак повсеместно редок, в песчаной пустыне селится в заросших кустарниками песках. Корсак ведет ночной образ жизни, питается преимущественно мелкими грызунами, а весной и летом поедает большое количество рептилий и насекомых. Добывают корсаков в основном капканами, иногда применяют раскапывание нор. По данным заготовительных организаций, ежегодно в Туркмении заготовляется немногим более тысячи шкурок этого зверька. К настоящему времени запасы корсака сильно подорваны, и охоту на него целесообразно было бы временно запретить.

Волк в Каракумы заходит из предгорий, а также из тугаев. Особенно далеко заходит он зимою, когда потребность в воде у него резко падает. Добывают в это время волков капканами около колодцев с отарами овец. Ежегодно в Туркмении волки уничтожают около трех тысяч овец.

На проникновение в Каракумы шакала большое влияние оказывает хозяйственная деятельность человека. Так, например, осенью 1957 и 1958 годов шакалы добывались в окрестностях станции Репетек, куда они проникли из амударьинских тугаев вдоль железной дороги.

Изредка в пустыню заходит и гиена.

Песчаный барсук очень редок. Питается он преимущественно различными рептилиями, раскапывая даже спрятавшихся в глубоких норах степных черепах. В спячку впадает лишь в особенно голодные зимы, а в теплые часто покидает свою нору. Ежегодно в Туркмении заготовляется около пятидесяти песчаных барсуков. Добываются они случайно, мясо барсука местные жители в пищу не употребляют, а жир используют в народной медицине.

Иногда в пустыне встречаются хорек-перевязка и туркестанская ласка, приносящие большую пользу уничтожением вредных грызунов.

Кабан заходит в Западные Каракумы с остаточных озер, Узбоя, в Центральные — из тугаев Треджена, а в Восточных Каракумах он и летом отмечается чабанами около колодцев. Известны случаи захода кабанов до станции Репетек.

Обычен в Каракумах дикобраз — один из самых крупных грызунов нашей фауны. Длина тела у самок дикобраза достигает 90 сантиметров, вес — 16 килограммов. Все его тело покрыто толстыми иглами, достигающими от 2 до 20 сантиметров длины. Среди местных жителей и охотников бытует поверье о том, что дикобраз стреляет своими иглами. Как показывают наблюдения, застигнутый врасплох дикобраз потрясает иглами, некоторые из них упираются концами в твердую почву и, легко ломаясь у основания, отскакивают в стороны. Дикобраз строго ночное животное и выходит на охоту обычно с наступлением полной темноты. Питается он различными растениями, корневищами, корой, особенно часто выкапывает луковицы и клубни эфемеров. За ночь в поисках корма дикобраз проходит 10—18 километров. Туземные охотники мясо дикобраза в пищу не употребляют. Охотятся на дикобразов в пустыне при помощи капканов, устанавливаемых в черносаксаульниках на тропах, а в лунные ночи стреляют их из ружей, подкарауливая у нор. Норы дикобраза очень глубокие и достигают 30 метров длины, поэтому раскапывание их обычно не практикуется.

Из более мелких грызунов, относящихся к охотничьим видам, большого внимания заслуживает тонкопалый суслик, повсеместно распространенный в Каракумах и достигающий особенно большой численности в закрепленных песках. Длина тела его не превышает 30,5 сантиметра, а вес достигает 600 граммов. Живет обычно поодиночке, в поисках пищи отходит от норы более чем за километр. Питается преимущественно песчаной осокой, луковицами эфемеров, веточками кандыма. Размножается один раз в году. Молодые в числе трех-семи появляются во второй половине июля. Тонкопалый суслик в спячку не впадает. Несмотря на многочисленность, а также сравнительно неплохую шкурку тонкопалого суслика, промысел его в Каракумах почти не производится. Ежегодно в республике добывается около тысячи этих зверьков, в то время как при соответствующей заинтересованности это число легко можно увеличить до ста тысяч. Мясо тонкопалого суслика вкусно и очень питательно, однако, в силу предрассудков, в пищу не употребляется. Тонкопалого суслика лучше всего добывать капканами № 1; наибольшую ценность шкурка имеет в период с 1 ноября по 1 марта.

Желтый суслик в своем распространении придерживается уплотненных участков пустыни, в песках он относительно редок.

Джейран еще сравнительно недавно в большом числе населял песчаные пустыни Средней Азии. Многочислен был он и в Каракумах. Сейчас, несмотря на запрет, джейран очень редок, а в некоторых местах выбит. Особенно резко упала численность джейрана в Центральных Каракумах. Основную массу джейранов уничтожают браконьерской «охотой» с машин, проводимой часто к тому же в ночное время, и даже с экспедиционных вертолетов и самолетов. Нам известны случаи, когда за день охоты в 1957 году убивали до сорока джейранов. В прошлом на джейрана охотились с борзыми тазы, гепардом, изредка добывали на водопоях. Будучи одним из интереснейших объектов спортивной охоты, при правильно организованном охотничьем хозяйстве джейран мог бы давать сотни тонн мяса. Для восстановления поголовья джейрана до промыслового состояния необходим строгий режим запрета, однако в настоящее время в условиях Туркмении (на всю республику имеется лишь два охотинспектора!) осуществить это невозможно, и потому численность джейрана продолжает уменьшаться.

Гепард в настоящее время находится на грани исчезновения.

Пустынная рысь (каракал) распространена по всем Каракумам, но везде очень редка. Местные охотники называют ее каракулак, то есть «черное ухо». По нашим измерениям каракал достигает 82 сантиметров длины и 12,7 килограмма веса. Питается преимущественно зайцами и мелкими грызунами, зарегистрированы случаи нападения каракала на овец. В литературе имеются сведения о том, что по быстроте бега каракал уступает лишь гепарду.

Широко распространены в Каракумах барханный и степной коты.

Подавляющее большинство пустынных кошек является полезными животными, так как питаются они почти исключительно вредными грызунами. Добывают все виды кошек капканами, устанавливаемыми на тропах в черносаксаульниках, при этом часто разбрасывается приманка. В суровые зимы, когда в пустыне выпадает снег, дикие коты сильно тощают и в поисках корма нередко забираются в жилища человека.

 

Охотничье-промысловые птицы Каракумов

Осенью, в октябре - начале ноября, из степей и пустынь Казахстана на зимовки, расположенные на побережье Каспия, летят тысячные стаи рябков. В Туркмении гнездятся и пролетают два вида рябка — чернобрюхий и белобрюхий. Последний более многочислен. Охотятся на рябков чаще всего на водопоях, стреляя прилетающих птиц из укрытия. Известны случаи добычи только одним человеком до ста птиц за утро. Вес взрослых птиц в среднем равняется приблизительно 250 граммам. Большое количество рябков добывается на осеннем пролете в подгорной равнине Копетдага, где в среднем на одно ружье в день приходится до тридцати, птиц. Вследствие несоблюдения элементарных правил охоты численность рябков уменьшается. Саджа, или копытка, в Туркмении бывает только на пролете в сентябре — начале октября. Считается редкой птицей; охота на нее носит в основном случайный характер.

В Центральных Каракумах на пролете встречается журавль-красавка. Красавки держатся небольшими, до тридцати птиц, стаями. Птицы придерживаются более или менее открытых мест, и подобраться к ним очень трудно. Местные охотники журавля хорошо знают, но охотятся на него редко. По нашим наблюдениям, в Центральных Каракумах во второй половине апреля 1958 года красавки кормились различными пресмыкающимися, а также насекомыми. На 200 километров пути нами было встречено три стаи (тридцать одна, двадцать одна и семнадцать штук). На дроф (стрепета и обыкновенную дрофу) в Каракумах охотятся преимущественно на пролете. Когда-то бывший многочисленным, джек (дрофа-красавка, вихляй) в настоящее время очень редок. За два месяца (апрель-май 1958 года) работы в Центральных Каракумах нами встречена только одна парочка джеков.

Сравнительно редко в Каракумах практикуется охота на диких голубей, которые в отдельных местах достигают большой численности. В осенне-зимнее время иногда встречаются стаи сизых голубей в несколько сот особей. Нередка в Каракумах обыкновенная горлица, встречается бурый голубь, а также малая горлица.

Нередко стаи обессиленных настоящих и нырковых уток и гусей гибнут в песках от безводья. Осенью в Восточных Каракумах нам неоднократно приходилось вспугивать крякв в барханных песках из-под кустов кандыма, где они прятались от жары. В октябре 1957 года в окрестностях станции Репетек мы находили в песках погибших лысух, бекасов, а также погонышей. Все птицы были сильно истощены и погибли, по-видимому, от недостатка пищи и воды. Проведение в настоящее время Каракумского канала значительно улучшит условия пролета птиц в пустыне, а также сыграет положительную роль и в водопойном режиме диких копытных.

 

Виды охот в Каракумах

Подавляющее большинство охотников в Каракумах охотится с капканами. Для всех видов хищников часто около капкана разбрасывается приманка — поджаренное на огне мясо хищника или сусликов. Иногда, особенно на кошек и лисиц, капканы ставятся на тропинках или же около водопоев. Ружейная охота в Туркмении, как и везде, носит в основном спортивный характер. Стреляют чаще других животных зайца-толая. Туземные охотники, в большинстве опытные следопыты, по мало заметным на закрепленном песке следам безошибочно находят лежку зайца и, высмотрев, стреляют лежачего. Из многих старых и опытных охотников, знакомых нам, редко кто бьет бегущего зайца.

Около сорока-пятидесяти лет назад в Туркмении была широко распространена соколиная охота. В настоящее время с соколами охотятся в Каракумах (особенно Центральных) и в Западной Туркмении. Туркменские охотники для охоты чаще употребляют туркестанского балабана, которого напускают на зайцев и даже джейранов, а из птиц — на дроф-джеков и различную степную дичь. Другим видом сокола, употребляющимся для охоты в Каракумах, является рыжеголовый сапсан. По рассказам охотников, рыжеголовый сапсан вынашивается легче. Молодых обычно берут из гнезд полуоперившимися, старых птиц ловят петлями, а также на пролете сетью на манную птицу. Из года в год соколы гнездятся на одном и том же месте, почему соколятники ревниво охраняют тайну мест гнездования и даже иногда караулят насиживание, ожидая, когда подрастут птенцы. Применялись для охоты в Туркмении, правда очень редко и преимущественно живущими на северо-западе казахами, беркуты. С беркутами охотятся на зайцев, лисиц, волков, шакалов, джейранов. Однако в настоящее время мы не слышали, чтобы где-либо в пустынной Туркмении охотились с беркутами. Соколиная охота в Каракумах чаще проводится совместно с борзыми собаками тазы. Сокол быстрее собаки нагоняет и задерживает зверя, а подоспевшая собака приканчивает его.

Подъехавший охотник отдает сердце или почки соколу, а внутренности собакам. В прошлом высоко ценился соколятниками ястреб-тетеревятник. С ним охотились на степную дичь, зайцев, фазанов. Считается, что вынашивается тетеревятник легко и его обучение занимает иногда немногим больше недели.

В настоящее время соколиная охота фактически приходит в упадок. Опыт вынашивания ловчих птиц мало кому известен. Охота с ловчими птицами, имеющая большую историю, фактически исчезает. Охотничьим организациям республики необходимо серьезно заинтересоваться этим обстоятельством и добиться возрождения этой охоты.

Охота со среднеазиатскими борзыми тазы в равнинных частях Туркмении встречается довольно часто, однако следует отметить, что никто в республике не занимается улучшением породных качеств этой собаки. Чистые туркменские тазы встречаются сравнительно редко. При наличии охотничьих хозяйств мы смогли бы улучшить и совершенствовать породные качества тазы, но, к сожалению, и по настоящее время в республике совершенно отсутствуют охотхозяйства.

 

Охранять охотничье-промысловых животных

В настоящее время охотничье-промысловые животные целых районов находятся в тесной зависимости от хозяйственной деятельности человека. В Туркмении это относится особенно к таким крупным млекопитающим, как кулан, сайгак, которые еще во второй половине XIX века были широко распространены в Западной Туркмении и Юго-Восточных Каракумах. В настоящее время кулан сохранился лишь на крайнем юге — в Бадхызе, а сайгаки только в особенно суровые зимы спускаются с южного чинка Усть-Урта. Значительно сократился ареал и уменьшилась численность джейрана, который к настоящему времени повсеместно стал редким животным. Заяц-толай, джейран, рябки, джеки везде в Каракумах добываются круглый год, что приводит к сильному оскудению в некоторых местах даже такого обычного вида, как толай. Несмотря на запрет, ежегодно в заготовительные организации Туркмении поступает около пятидесяти шкурок пустынной рыси-каракала, а под видом барса — шкурки гепарда, животного очень редкого и представляющего большой научный и культурный интерес. Нередки случаи приемки заготовителями весенних, а также ранне-осенних шкурок лисицы-караганки, что резко снижает качество заготовляемой пушнины.

Несомненно, охрану фауны в условиях редко населенной песчаной пустыни осуществлять очень трудно. Определенную положительную роль в этом смогли бы сыграть приписные охотничьи хозяйства, организуемые областными обществами охотников, выделение наиболее интересных и ценных в охотничьем отношении площадей пустыни во временные заказники. Охрану заказников целесообразно было бы осуществить за счет средств Добровольного Туркменского общества охотников. Очень мало в республике общественных инспекторов, а дела, передаваемые ими в Главное управление по охотничьему хозяйству МСХ ТССР, часто не рассматриваются. Слабо пропагандируют охрану природы, в том числе и охотничье-промысловых животных, органы местной печати, которые часто помещают летом снимки удачной охоты на лисиц и т. п. Все эти факты проходят мимо Управления охотничьего хозяйства, которое давно оторвалось от живого дела и перестало заботиться о сохранении и воспроизводстве охотничьего фонда.