Нерпы | Печать |

Бабенко Владимир Григорьевич

 


Окурок, вспыхнув на лету малиновым огоньком, с коротким шипением погас в волне. Отделившийся от него комочек пепла, медленно распадаясь, пошел ко дну. Три стоящие на якорях лодки терлись друг о друга алюминиевыми бортами. Денис смотрел на обнажавшуюся серую полоску лайды, на которой виднелось с десяток темных пятен, и думал: «Ох, и студеное Охотское море в октябре! Ребята совсем замерзли — уже час здесь болтаемся. Правильно говорил мой дед: зверобойный промысел — это много холода, труда, денег и страха. У нас-то пока только много холода. Однако, еще полчаса подождем и можно начинать».

Товарищи Дениса сидели в соседних лодках, тоже пристально вглядывались в растущий остров, курили и слушали Володю — самого старшего члена небольшой бригады промысловиков.

— Ну, вот, — рассказывал зверобой. — Пристала она ко мне — прокати да прокати, мы уже неделю здесь, ты все время то на рыбалке, то на охоте, а я дома сижу, обед варю да слушаю сплетни твоего дружка-лесника. А ведь обещал, что весь отпуск будем на природе вместе отдыхать. В общем, вези завтра на лодке. Пришлось согласиться. Решил до мари ее прокатить — клюквы там насобирать. Клю-ю-квы там! Утром идешь по болоту, — она вся в инее, как в сахаре, а сзади тебя кровавыми пятнами давленые ягоды.

Взял лодку и поехали. Добрались до мари. Жена ведро в руки — и за клюквой. А я рядом побродил, поднял выводок куропаток, выбил из него парочку. Через час дальше двинулись, к устью речки. Только я там собрался причалить, смотрю — нерпа! Сколько же она плыла по Амуру, потом по протокам, пока не попала сюда! Все за кетой гналась. Я сообразил, что место здесь тихое, безлюдное, зверь не должен быть пуганым. Мотор заглушил, и нас помаленьку стало сносить течением. А нерпа плавает далековато, метров за сто.

Я вспомнил, как один зверолов рассказывал, будто бы ежели петь или играть на чем-нибудь, то они ближе подплывают — из любопытства. Я стал свистеть, как сейчас помню, «Амурские волны». И действительно, выныривает все ближе и ближе. Ну, — думаю,— не зря я на всякий случай пару патронов с картечью взял. А то мой приятель совсем изнылся — собак кормить нечем. Думаю, — мясо будет для его собак, а шкурка — для моей жены. Уже поделил. А сам все свищу, не замолкаю. А она все ближе и ближе подплывает. И чувствую, что дрожу весь — охотничий азарт как у гончего пса. Оборачиваюсь — как там жена, все ли ей видно: ведь вот как повезло — на настоящую охоту попала! А она на корме сидит притихшая и слезы у нее, как горох, по щекам катятся. Я так и опешил.

— Ты чего? — спрашиваю.

— Она тебе доверяет, ты ее завлекаешь, а сам застрелить хочешь, — жена мне сквозь слезы.

У меня тут весь азарт пропал. Выругался я, ружье бросил, мотор завел, и поплыли мы домой. С тех пор я ни жену, ни других баб на охоту не беру. Ну, как, Денис, не пора нам?

— Самый отлив, — ответил бригадир, — можно начинать.

Звякнули о борта поднимаемые якоря, загудели моторы, и три лодки устремились к обнажившейся лайде, на которой виднелось уже около сотни серых бугров — нерп. Звери выбрались отдохнуть на обнажившийся во время отлива участок морского дна. Они не боялись шума моторов, стали поднимать головы, когда, наконец, увидели приближающиеся лодки. Стало совсем мелко и суденышки ткнулись в песчаное дно. Зверобои выключили визжащие моторы, схватили палки и, поднимая фонтаны ледяных брызг, побежали к острову.

Нерпы огромными пятнистыми гусеницами поползли к воде.

Денис, наконец настиг влажного рыхлого песка лайды, догнал первого зверя и ударил по голове. Зверь, вытянувшись, замер, а промысловик уже бежал дальше.

Четверо человек метались по огромному холодному песчаному пляжу, догоняя расползающихся зверей. Изредка какой-нибудь зверь разворачивался и с отчаянным ревом, широко разинув пасть, бросался на преследователя. Но на земле он был неповоротлив. Зверобой только делал шаг в сторону и глушил нерпу точным ударом.

Через полчаса Денис остановился у последнего ткнувшегося в песок животного и оглянулся. Повсюду безжизненными валунами лежали тела убитых зверей. Володя догнал свою последнюю жертву уже в воде и весь мокрый выходил из моря.

Бригада собралась в центре острова.

— Пять минут курим и за дело — до прилива управиться надо, — дал команду Денис.

Они сели на двух рядом лежащих зверей. Теплые туши мягко пружинили.

«Сейчас начнется вторая часть промысла, — подумал Денис, — много работы. Вот как палкой намахался, аж руки болят».

Зверобои докурили и пошли за веревками к лодкам, покачивающимся в прибывающей воде. Охотники стаскивали убитых тюленей в одно место. Звери были неухватистые, тяжелые, самые крупные весили больше центнера. Их приходилось катить.

В центре острова вырос холм из трех десятков тюленей. Наступавшая вода замывала бурые пятна на песке. Еще через час море поглотило остров. От него натруженно гудя моторами, к далекому берегу медленно двинулись лодки, к каждой из которой был привязан плот из мертвых нерп. Казанка бригадира отставала. Заметив это, другие промысловики сбавили ход. Но он махнул рукой, чтобы они, не задерживаясь, шли к берегу, где их ждали раздельщики.

Денис оглянулся. Встречная вода омывала тела зверей, связанных одной веревкой.

— Как рабы в одно цепи, — вспомнил он полузабытую картинку из учебника истории. — Тридцать две штуки взяли. А план — полторы сотни. Скорей бы его выполнить! Все-таки собачья это работа — промысел морского зверя. Прав был дед — много холода и труда!

И тут заглох мотор. Денис пошел на корму, взял инструменты. Через час он устало бросил инструменты в железный ящик: починить мотор не удалось. Ушедшие вперед лодки давно исчезли из виду.

«Этот промысел себе дороже обойдется, — думал Денис, глядя на серое небо и на стайки мелких льдинок, скребущихся о борт лодки, — четверть заработка на новый мотор пойдет. Пора с этим завязывать. Разве не хватило денег на горбуше? Да еще зимой охота на соболя. Для зверобойного промысла здоровья больше нет.

А ведь, пожалуй, ребята до утра за мной не приедут. Пока до берега дойдут, пока нерп выгрузят, уже стемнеет. Так что надо ночевать тут», — и он столкнул за борт якорь.

«Все! Этот год — последний! — решил он окончательно, следя, как связанные нерпы окружают лодку. — Хорошо, что здесь акул нет, была бы им пожива. Вообще-то, если разобраться, это конечно не охота. Бойня. На соболя капкан надо поставить так, чтобы он подвоха не заметил. Я уж не говорю про лисицу — тут настоящим асом надо быть. Сохатого брать — хорошие собаки нужны и хорошие ноги — бегать на лыжах. Даже утку добыть, и то умение требуется. А с этими нерпами — только палка да здоровье, чтоб этой палкой по их головам лупить. Нет-нет, точно — последний год охочусь».

С моря наполз холодный пасмурный вечер. Подул легкий ветерок и невидимые льдинки заскрежетали о корпус лодки. Полупрозрачные тучи заволокли тусклую луну, и на воду посыпался мелкий снег. На далеком мысу зажегся маяк. У самого горизонта медленно проплыли огоньки судна. Денис поднял брезентовую крышу лодки, достал из носового отсека небольшой примус и зажег его. Неяркий голубоватый огонек засветился в зеленоватых сумерках. Зверолов присел на корточки и приблизил ладони к трепещущему пламени.

«Хорошо, хоть с погодой повезло, не штормит, — подумал он, вглядываясь в огонь маяка, — но прилив меня вроде потихоньку тащит, значит, якорь слабоват. Наутро прибьет куда-нибудь к берегу».

Согревшись, он заснул около уютно шипящего примуса и не слышал, как поднялся ровный ветер, как перетерлась якорная веревка и как мертвые нерпы, блестя под луной невидящими глазами, понесли лодку в открытое море...


г. Москва

 

Добавить комментарий

Уважаемые пользователи!
Данное сообщение адресовано, в первую очередь, тем, кто собирается оставить комментарий в разделе "Наши авторы" - данный раздел создан исключительно для размещения справочной информации об авторах, когда-либо публиковавшихся на страницах альманаха, а никак не для связи с этими людьми. Большинство из них никогда не посещали наш сайт и писать им сообщения в комментариях к их биографиям абсолютно бессмысленно.
И для всех хочу добавить, что автопубликация комментариев возможна только для зарегистрированных пользователей. Это означает, что если Вы оставили свой комментарий не пройдя регистрацию на сайте, то Ваше сообщение не будет опубликовано без одобрения администрации ресурса.
Спасибо за понимание,
администрация сайта альманаха "Охотничьи просторы"

Защитный код
Обновить