Заячьи долины | Печать |

Голицын Михаил Владимирович


За долгие и неповторимые годы моих охотничьих странствий мне посчастливилось «повоевать» с кабаном и лосем в тверских, вологодских и можайских лесах, с глухарями и лисами в Подмосковье, с волками, корсаками, зайцами, косачами, утками, гусями и куропатками в Казахстане, с гусями и оленями на Таймыре, с перепелами на Кавказе.

Но одной из самых памятных и редких по красоте охот, выпавших на мою долю, была охота на зайцев в Центральном Казахстане.

Представьте себе широкую долину с редким кустарником, обрамленную пологими холмами — мелкосопочником. По распадкам к вершинам сопок весело взбегают стайки невысоких березок и осин. Места эти изобилуют зайцами. Однажды, в середине ноября, снег запаздывал, а зайцы уже сменили наряд. В тот день мне довелось быть свидетелем редкого зрелища: в поле зрения я насчитал восемь (!) бегущих в разных направлениях «косых». Двух-трех зайцев одновременно видеть доводилось, но восемь — никогда!

Охота проходила так: один из охотников шел по долине, покрикивал и выгонял из кустов зайцев. Они обычно бежали к распадкам, где их ждали... Ход и результат этой охоты запечатлен на фотографии, на обороте которой знаменитый казахстанский охотник Евгений Павлович Устьянцев посвятил мне («пацифисту») стихи, подража яН. А. Некрасову:


В нашем степном и засушливом крае

Всемеро больше бы зайцев велось,

Если б охотники их не стреляли,

Подлые волки на части не рвали,

Если б наш брат «пацифист» за охотой

С парой косых не просился на фото!

 

Заячье логово

Мы живем в Теплом стане на самом юге столицы. Тихие русские перелески вплотную подходят к нашим домам. В любое время года наша семья отправляется путешествовать по окрестным лесам. Однажды, ясным зимним утром, захватив с собой несколько веточек сухой рябины, мы с сыном Андреем собрались в очередной поход. Сразу же за кольцевой дорогой увидели свежий заячий след и двинулись по нему, расшифровывая ночные путешествия косого...

Одно из любимых наших лесных занятий — идти и читать по следам летопись прошедшего дня. Вот белка неспешно перебежала с одной сосны на другую и лакомилась своим излюбленным кушаньем — шишкой — свежая шелуха тому свидетельство. Вот мышка-норушка выстегала по снегу свой аккуратный след-строчку. Откуда-то сверху вдруг полилось веселое журчание — это стайка синичек, бесстрашно зимующих в наших подмосковных лесах, с очень серьезным видом резвится в прозрачной кроне берез. Тут мы и развесили гроздья рябины — кушайте, птахи, на здоровье, поправляйтесь!

А заячий след ведет все дальше и дальше. Вот косой попробовал осиновой коры, обежал вокруг куста и присел ненадолго, потом, чего-то испугавшись, широким махом понесся вдоль опушки. Мы двинулись за ним. По отлогому склону след привел в долину небольшой речки, затейливо петлявшей среди деревьев. На подветренной стороне излучин февральские метели намели причудливые сугробы, похожие на волны, внезапно застывшие в своем бесконечном штурме берега. На гладкой стенке одного из сугробов мы увидели несколько странных углублений, которые при ближайшем рассмотрении оказались работой зайца. В двух местах углубления были совсем небольшие, расходящиеся веером четкие следы заячьих когтей указывали, что единоборство с плотным настом закончилось не в пользу косого. Зато чуть левее виднелся узкий, уходящий в глубину сугроба лаз с небольшим расширением в конце. Лыжная палка целиком ушла в лаз. За свою долгую охотничью практику я видел много заячьих лежек. К созданию своих «квартир на день» зайцы обычно не прилагают никаких усилий: где прилег — там и дом, будь то кочка, куст или перевернутая дернина на пашне. Здесь же было видно, что заяц изрядно потрудился над постройкой своего жилища. Очевидно, заячье трудолюбие было вызвано сильными морозами и метелями, которые заставили косого всерьез заняться квартирным вопросом. Мы подумали, что не на один же день строит заяц такие хоромы, и решили назавтра обязательно его навестить.

Рано утром, едва забрезжило, я выглянул в окно и не удержался от восклицания: «Андрейка, пороша!» Легкое, чуть голубоватое снежное одеяло выстелило землю. Тишина! Не шелохнется ни один листок на юных березках перед окном. Прихватив с собой кинокамеру, отправляемся в путь. Лыжи скользят удивительно легко. Миновав небольшой соснячок, спешим к заветному овражку. Готовлю камеру и, указав сыну, с какой стороны заходить, затаив дыхание, двигаюсь вперед. Включаю камеру. Монотонно урчит мотор, не понимая, какие кадры он рождает. Вдруг легкий порыв ветра поднимает с кромки сугроба снежное облачко, которое на миг закрывает камеру. В следующее мгновение сын бросается к лежке, но зайца там уже нет! Четкий характерный след — две лапы поперек хода, две вдоль — уходят в густой ельник. Мы бросились вперед, но куда там!

Да и так ли он нужен был в этот момент — перепуганный насмерть заяц! Ведь наши лесные походы с разгадыванием и распутыванием следов, подкормкой зимующих птиц, с постоянным ожиданием какого-то чуда, которое обязательно должно свершиться в этом сказочно волшебном лесу, — все это так щедро оплачивает наши труды и добрыми семенами западает в души ребят, постигающих очарование русской природы.

 

Старое ружье

Это ружье я купил очень давно. Многие годы оно служило мне верой и правдой. Сначала ружье было юным, стройным, больше того — грациозным. Поражала безупречная отделка каждой детали. Все в нем блистало строгой и неповторимой красотой.

Вместе с ним встречал я зорьки в октябрьское ненастье, когда шквальный ветер пронизывал нас насквозь. Хлопья мокрого снега хлестали нам в лицо. Падая на теплые от выстрелов стволы, они как бы съеживались и, превращаясь в прозрачные капли, сливались в извилистые ручейки, сбегавшие вниз, в озеро.

Шли годы... Я привык к ружью. Когда вскидывал его, крепко прижимая ложу к щеке, мы как бы сливались воедино, делясь своей теплотой. Ему одному я доверял высказанные вслух самые сокровенные мысли, когда, оставаясь наедине с ним, погружался в раздумья. Я знал его недостатки, оно знало мои. Мы многое прощали друг другу.

С наступлением зимы, по первой пороше мы спешили поскорее добраться до речных тальников, чтобы целый день без устали и обычно без успеха распутывать замысловатые петли, которые зайцы накрутили за ночь. Вот мы тихо крадемся через тальник. Следы «говорят», что лежка где-то рядом. Одна скидка, другая, третья — это косой перед тем, как залечь на дневку, делает громадные прыжки в сторону, стараясь окончательно запутать своего будущего преследователя. Но след распутан, заяц где-то совсем близко. Следует белый взрыв, и косой, прижав уши, вылетает из-под куста и через секунду исчезает в тальнике. Гремит запоздалый выстрел, который лишь сбивает с веток снег, и все начинается сызнова. И так до вечера. Довольные и веселые, мы возвращаемся домой. Я с любовью чищу ружье и укладываю его в чехол, предварительно укутав стволы и ложу в теплые байковые вкладыши...

Однажды я обнаружил, что в цевье, соединяющем стволы с ложей, появилась продольная трещина. По странному совпадению в тот вечер я увидел у себя на виске серебряную нить. Это было давно. Мы оба были молоды, и я не придал увиденному особого значения.

Но в последние годы ружью все чаще недомогалось. Уставший за долгую службу металл стал сдавать. Потускнели вороненые стволы, стерлась изящная гравировка, на ложе и цевье появились шрамы. Лопнула боевая пружина — сердце ружья, сначала в левом стволе, потом в правом. Я туже подтягивал старые винты, менял отдельные детали, а когда у ружья болели суставы, смазывал их лучшим ружейным маслом. У меня самого стало пошаливать сердце, и тюбик с валидолом теперь уже всегда был в нагрудном кармане штормовки.

В довершение всего, мы оба попали в автомобильную катастрофу, но ружье пострадало больше меня — раскололась пополам ложа. Искусный мастер чудом восстановил его, оно продолжало стрелять, но исчезла былая стройность и грациозность. Постепенно я охладел к старому ружью. Все, что раньше любил в нем, стало меня раздражать. Я стал заглядываться на другие ружья, которые, казалось, были лучше моего — и стволы у них были изящнее, и ложа красивее.

После долгих и мучительных колебаний я оставил старое ружье и купил новое. О, какое это было ружье! Его модные вертикально поставленные стволы, стройная, гладко отполированная ложа — все приводило меня в восторг. Я часами не мог наглядеться на него, проявляя к нему все знаки внимания, которые только можно оказать предмету своей страсти. Подолгу вечерами я ухаживал за ним, как, пожалуй, никогда не ухаживал за старым. Я купил ему дорогую обнову — кожаный чехол с блестящими пряжками. А ведь старое ружье все двадцать лет проходило в потрепанном чехле.

Но первое облачко появилось довольно скоро. Добротный кожаный ремень, безупречно служивший столько лет, ремень, который я переставил на новое ружье, оборвался на первой же охоте — он не хотел служить новому хозяину.

Как все новое, молодое, ружье стало капризничать — то эжектор не хотел выбрасывать стреляные гильзы, то в патронник не входили новые гильзы. Очень тугие курки приводили к тому, что ружье все время «низило» — дробь немного не долетала до цели. Мы оба нервничали. Я хуже целился, ружье хуже стреляло. Во всех бедах оно обвиняло меня, ставшего хуже видеть, я же всю вину сваливал на его плечи. Мне стало казаться, что старое ружье, которое теперь висело в дальнем углу чулана, с укоризной смотрит на меня круглыми глазами своих стволов.

И я решил вернуться к старому ружью. Заново вычистил его, уложил в старый чехол и отправился на охоту.

Мы снова на озере, снова вместе встречаем зарю. Еще темно, лишь первые фиолетовые блики побежали по застывшей воде. Стройные камыши замерли словно в ожидании свершения чуда — восхода Солнца! Восток посветлел, и из-за горизонта появился красно-оранжевый краешек проснувшегося светила. Вскоре огненный шар зажег верхушки камышей.


г. Москва

 

Добавить комментарий

Уважаемые пользователи!
Данное сообщение адресовано, в первую очередь, тем, кто собирается оставить комментарий в разделе "Наши авторы" - данный раздел создан исключительно для размещения справочной информации об авторах, когда-либо публиковавшихся на страницах альманаха, а никак не для связи с этими людьми. Большинство из них никогда не посещали наш сайт и писать им сообщения в комментариях к их биографиям абсолютно бессмысленно.
И для всех хочу добавить, что автопубликация комментариев возможна только для зарегистрированных пользователей. Это означает, что если Вы оставили свой комментарий не пройдя регистрацию на сайте, то Ваше сообщение не будет опубликовано без одобрения администрации ресурса.
Спасибо за понимание,
администрация сайта альманаха "Охотничьи просторы"

Защитный код
Обновить