Оценка легавых собак на полевых испытаниях | Печать |

Бедель Валерий Владимирович

 

Поскольку полевые испытания охотничьих собак являются составной частью племенной работы с собаками, а именно, орудием племенного отбора по полевым качествам, то правильности оценки собаки на полевых испытаниях следует придавать особое значение. От того, диплом какой степени собака получит на испытаниях, в значительной степени зависит интенсивность её племенного использования, а следовательно, и воздействие данной собаки на породу. Любая, даже мельчайшая ошибка в оценке собаки может сказаться — чаще всего отрицательно — на полевом уровне всей породы в данном племенном гнезде. Недооцененная собака меньше используется в разведении и возможность получения от неё хороших полевых собак уменьшается, что плохо для породы. Переоцененная собака используется чаще, и порода заполняется посредственными собаками, что столь же плохо для породы.

Сказанное хорошо известно всем охотникам, причастным к племенной работе с собаками, и именно поэтому на протяжении всего периода полевых испытаний в нашей стране их правила корректировались неоднократно, имея целью, в частности, устранить возможные ошибки судей в процессе пользования ими. Несмотря на это, ошибки всё же допускаются довольно часто, чему причиной нечёткости и недостаточная конкретизация многих пунктов правил, влекущие за собой неоднозначные толкования. Сделанная в 1930-х годах Р. Ф. Гернгроссом попытка разработать некое пособие для судей («О судействе на полевых испытаниях легавых подружейных собак», 1935 г.) представляла собой в основном анализ прецедентов, мало известных последующим поколениям охотников. Поэтому, к сожалению, практическим руководством эта книга так и не стала.

Поэтому вопрос разработки правильного пользования «Правилами», методики проведения полевых испытаний легавых и оценки собак на них давно назрел. Племенная работа с собаками в большинстве случаев ведётся сейчас на серьёзном уровне, спорные же сплошь и рядом итоги полевых выступлений собак вносят в работу с ними особую трудность.

Отнюдь не претендуя в данной статье дать законченную методику оценки легавых собак на полевых испытаниях (такая методика требует совсем другого объёма), позволю себе изложить лишь основные результаты наблюдений, сделанных во время собственного полевого судейства более девятисот легавых собак, а также итоги обсуждений проблем полевого судейства с известными специалистами в этом деле — экспертами-кинологами П. М. Юдкиным, В. П. Рождественским, Б. А. Калачевым, А. В. Гусевым, Э. И. Шерешевским, Р. С. Казьминым, В. К. Сомовым и др., егерями С. С. Телегиным и В. П. Данилиным. Ряд сведений был получен в специальной литературе, а также из дневниковых записей о натаске легавых и подготовке их к испытаниям, оставленные покойным С. С. Телегиным.

Современные «Правила испытаний охотничьих качеств собак легавых пород по болотной и полевой дичи» состоят из трёх частей: преамбулы, расценочной таблицы и ориентировочной шкалы примерных оценок. В первой части устанавливаются сроки проведения испытаний, определяются виды дичи, даётся перечень элементов работы легавых, проверяемых на испытаниях, и приводятся определения этих элементов. Здесь же оговаривается количество птиц, предоставляемых собаке для отработки, указываются причины снятия собак с испытаний и погодные условия, при которых испытания не проводятся. Во второй части даётся основа правил — расценочная таблица, а также условия получения собакой дипломов той или иной степени. Наконец, в третьей части приведены рекомендации, какой балл следует поставить собаке за конкретную работу во время испытаний.

С сожалением приходится констатировать, что неясностей, неточностей, неконкретностей довольно много во всех трёх частях правил. Начну с первой, а именно, с наиболее её туманного 15 пункта. «Для выявления охотничьих качеств легавой собаке предоставляется не менее трёх работ по птице». Ниже, в примечании, говорится: «Наскоки на дичь «за ветром», «в полветра», «пустые стойки и «недоработки» в число трёх гарантийных отработок дичи не входят. Понятию «работа», равно как «недоработка», определения не дано. Что же такое «работа» легавой собаки? Может быть, стойка с последующим подъёмом птицы? Нет, вряд ли, ведь встречаются легавые, работающие как спаниели, сбавляющие ход при причуивании, переходящие на потяжку, а затем на подводку и поднимающие птицу на крыло. Всех этих птиц можно отстрелять, т. е. собака их «отработала». Бывает, что собака поднимет птицу, проходя под ней в пределах дальности чутья, т. е. «спорет» (вспугнёт) её. Считать такой подъём работой или нет? На практике такое явление засчитывается за работу. Почему? Да потому, что эксперты во всех этих случаях могут как-то оценить чутьё собаки, его дальность или верность. Следовательно, работой можно считать подъём собакой птицы, позволяющий экспертам составить хоть какое-нибудь мнение о чутье собаки. В таком случае «недоработками» будут являться такие действия собаки, при которых причуянная собакой птица поднимается не самой собакой, и экспертам трудно что-либо сказать о её чутье. Например, собака причуяла птицу, задержалась на набродах, приостановилась, а отбежавшая птица вылетела самостоятельно вдалеке от собаки или была поднята сбоку или сзади от неё подошедшим ведущим или экспертами. Естественно, что такого рода «недоработки» не должны входить в число трёх минимально необходимых для расценки собаки работ, равно как и подъём птицы «за ветром», «в полветра», а также «пустые стойки». Такие действия никак не характеризуют чутьё собаки.

Здесь же имеет смысл остановиться на ещё одном понятии, встречающемся далее в «Правилах». Речь идёт о так называемых «следовых работах», определение которых тоже отсутствует. На испытаниях случается, что собака, прихватившая запах, настораживается, находит след, энергично движется по этому следу и наконец, как правило, где-нибудь сбоку или сзади от собаки вылетает птица. «Работает следом», — говорят зрители. Ничего подобного, это не следовая работа. Такие действия собаки являются проявлением следовой манеры причуивания, так называемого «нижнего» чутья. Такая собака может в конце концов, если птица не сбежала назад от собаки, дойти следом до неё, затем прихватить запах верхом и стать на стойку, после чего по команде поднять птицу на крыло. В этом случае мы имеем дело с комбинированной манерой причуивания, т. е. собака сначала прихватила след, разобралась с ним, а затем стала верхом по птице. Ничего общего со следовыми работами эти действия не имеют.

Следовой работой является такая, когда собака, прихватив запах следа, становится по нему на стойку. Посланная, она движется по следу или делает короткую уточняющую параллель и, дойдя до нового очага запаха, вновь становится по тому же следу или сидке. Посланная, она подходит по следу к птице и поднимает её. Подобная работа со стойками по следу и называется следовой работой. Действия собаки, когда она не в силах отличить запах следа от запаха самой птицы, являются проявлением серьезных дефектов верности чутья.

Следует обратить внимание, что выше речь шла только о расценке, но отнюдь не о дипломировании собаки. Три работы для дипломирования необходимы, но не достаточны. В том же 15 пункте говорится, что для присуждения собаке дипломов второй или третьей степени необходимо, чтобы она продемонстрировала как минимум три «положительные» работы, в том числе хотя бы одну, «в которой эксперты могут замерить примерное расстояние от точки первоначального причуивания или от стойки до сидки (точки взлёта) заведомо не бежавшей от собаки дичи». Что такое «положительная работа»? По-видимому, это те работы (верховые или следовые), в которых собака поднимает причуянную ею птицу после стойки по команде охотника или без таковой. Таким образом, в понятие «положительная работа» не входят работы без стойки, недоработки, споры, пустые стойки и подъёмы птицы за ветром и в полветра.

В этом же пункте ниже говорится, что для присуждения собаке диплома первой степени ей необходимо, кроме трёх положительных работ, продемонстрировать ещё работу по точно замеченной перемещённой птице. Очевидно, что именно в этой работе собака должна по-казать чутьё на диплом первой степени, т. е. набрать не менее 8 баллов за дальность. Если же этого не произойдёт, то диплом первой степени собаке присуждать нельзя, нельзя ставить 8 баллов за дальность чутья, сколь бы далёкими не были предыдущие работы по неперемещённой птице.

В пункте 17 «Правил» речь идёт о причинах снятия собак с испытаний без расценки. Здесь ряд неясных моментов. Прежде всего, что такое «непроявление чутья», каковы его конкретные показатели? Надо помнить, что в понятие «чутьё» входят на равных «дальность» чутья,

т. е. сила, тонкость обоняния, и «верность» чутья — способность собаки дифференцировать и анализировать запахи. Слабость того или иного составляющего свидетельствует о дефектах чутья. Поэтому непричуивание птиц, проход их, после чего они поднимаются от ведущего или экспертов, спарывание птиц, поднимающихся на расстоянии, меньшем минимальных требований для присуждения диплома третьей степени, пустые стойки, частые длинные пустые потяжки — вот основные проявления дефектов «дальности» или «верности» чутья. Для снятия собаки с испытаний за «непроявление чутья» необходимо не менее трёх таких «грехов»: пустая стойка и два спора; пустая стойка, пройденная птица и спор; три спора; три пройденные птицы и т. д.

Ещё одной причиной снятия собаки с испытаний без расценки является гоньба птицы более 10 метров. С какого момента или от какой точки отсчитывать эти 10 метров? Исходить тут надо из следующего. В момент взлёта птицы по правилам собака должна остановиться или лечь. Однако сплошь и рядом бывает, что собака, энергично осуществляя подводку, как бы нацеленная на достижение места сидки птицы, проскакивает до сидки, просто не успев остановиться. При этом она может проскакать и более 10 метров. Есть ли это гоньба? Конечно нет, и наказывать за это собаку не следует. Вот если она не остановится у сидки, а продолжит скачку ещё хотя бы на 2—3 метра за сидку в направлении улетающей птицы, причём весь её путь составит более 10 метров, то такую скачку уже можно трактовать как гоньбу и снимать собаку с испытаний.

За три твёрдые с посылом пустые стойки собака также снимается с испытаний. В таких случаях часто бывает, что ведущий начинает оспаривать решение экспертов, утверждая, будто бы посыла не было, т. е. он не давал собаке команду поднять птицу. Здесь следует иметь в виду, что посылом может оказаться не только команда голосом. Ведущий является для собаки комплексным раздражителем, и любое его действие: жест, поза, движение, темп движения, даже мимика, а также громкость и интонации голоса — всё может являться командой. Наиболее частый случай: ведущий молча сделал один-два шага к стоящей собаке. Это уже своего рода команда, и приученная к такой команде собака двинется в сторону запаха. Поэтому экспертам здесь нужно быть предельно внимательными и наблюдать не только за собакой, но и за ведущим.

Следующий раздел «Правил» — расценочная таблица. Пояснять её нет необходимости, а поскольку критика «Правил» не является темой данной статьи, вскользь остановлюсь только на вопросах, которые возникают при ознакомлении с этой таблицей. Прежде всего, почему «манера причуивания» объединена в одну графу с «дальностью чутья» и его «верностью»? Ведь если дальность и верность чутья — функции психофизиологического состояния организма, то манера причуивания — это способ отработки запаха, предпочитаемый собакой выбор верхних или нижних слоёв воздушных течений при причуивании. Далее, почему, в отличие от правил 1939 года, графа, характеризующая скорость собаки, названа «быстротой поиска», а не «быстротой хода» как в правилах 1939 года? Почему, наконец, «постановка» собаки и её «послушание» объединены в графу «дрессировка»? Ведь в правилах 1939 года было по-другому и скорее всего правильно.

Наконец, последний раздел «Правил», вызывающий наибольшее количестве вопросов, это «Ориентировочная шкала примерных оценок при испытаниях собак легавых пород». Она даётся для наиболее благоприятных условий работы собаки, поскольку только в условиях от-сутствия всякого рода помех можно наиболее полно и точно выявить и оценить рабочие качества собаки.

Но что считать наиболее благоприятными условиями? В пункте 19 «Правил» указано, что таковыми следует считать состояние погоды при ветре около 5—6 метров в секунду и температуре не выше +25°С. Представляется, что здесь многое можно уточнить. Действительно, лучшей ли является скорость ветра 5—6 метров в секунду? Как показывает практика, наиболее благоприятной является скорость ветра от 2 до 6 метров в секунду, причём чем меньше это значение, тем лучше, т. к. при слабых ветрах меньше дробится струя запаха, больше концентрация пахучих веществ. В то же время слабые ветры, со скоростью менее 2 метров в секунду, редко сохраняют постоянство направления, и это осложняет работу собаке. Сильные ветры, со скоростью более 6 метров в секунду, устойчиво сохраняют направление, но значительно дробят струю запаха, что так же затрудняет работу. Поэтому оптимальной следует считать скорость ветра в пределах 2—6 метра в секунду, причём лучшим является ветер настильный, в отличие от ветра, образованного как бы поднимающимися от земли массами воздуха.

Температура воздуха. Известно, что при повышении температуры увеличивается скорость истечения ароматических веществ («молекул запаха») от источника запаха, но снижается острота обоняния. С другой стороны, при понижении температуры острота обоняния увеличивается, но уменьшается скорость истечения ароматических веществ, снижается концентрация запаха. Поэтому оптимальными условиями здесь является интервал температур 15—18°С.

Влажность воздуха. Необходимо отметить, что чем выше влажность воздуха, тем острее обоняние. Как показали опыты, сила чутья собак при нормальной влажности в сотни раз выше, чем при абсолютно сухом воздухе. В пасмурную погоду, при несильном дожде собаки демонстрируют дальность причуивания до 150—160 метров. Высокие показатели дальности чутья собаки проявляют и при обильной росе. Поэтому именно такие условия следует считать оптимальными.

Надо отметить и снижение концентрации запаха перед грозой и во время грозы: озон окисляет ароматические вещества. Следовательно, гроза — явление неблагоприятное для полевых испытаний.

Сказывается на демонстрации чутья собаки и характер местности, вернее, её растительного покрова. Оптимумом здесь является отава высотой до 20 сантиметров. Кусты, кочки, колки бурьяна, островки некоси затрудняют работу собакам, т. к. задерживают, дробят запах, меняют его направление, создают теневые участки.

Всё вышесказанное касалось оптимальных условий для демонстрации чутья собак. Однако эксперт должен учитывать условия, сказывающиеся на результатах работы собаки и по другим графам расценочной таблицы. Так, к неблагоприятным условиям работы следует отнести тяжёлое кочковатое болото — здесь трудно проверить не только чутьё собаки, но и её ход и стиль работы. Заметно сказывается на демонстрации ряда элементов работы собаки поведение птицы. Так, если птица бежит, то собаке не продемонстрировать яркой стойки и чёткой подводки. В условиях малого количества птиц собака может начать отвлекаться, интересоваться птичками, что приводит к снижению баллов не только за чутьё, но и за постановку, т. к. у отвлекающейся собаки контакт с ведущим ослабляется.

Итак, делаем вывод. В соответствии с правилами, эксперт обязан руководствоваться «Ориентировочной шкалой» только в том случае, если он проводил испытание собаки в оптимальных условиях. Если же условия были не оптимальными, что на практике имеет место почти всегда, то слепое следование «Ориентировочной шкале» может принести только вред — эксперт «зарубит» собаку. Поэтому, чем хуже, труднее условия, тем выше должен быть балл по той или иной графе по сравнению с рекомендациями «Ориентировочной шкалы». Естественно, что эти условия должны быть отражены в отчёте, чтобы читателю было ясно, чем чётко обосновывается тот или иной балл — произволу не место на полевых испытаниях.

Перейдём теперь к самой «Ориентировочной шкале» и посмотрим, как рекомендуется поставлять баллы при оценке элементов работы собак на испытаниях.

Первая графа расценочной таблицы: дальность чутья. Дальность чутья — это расстояние, на котором собака причуивает дичь, т. е. расстояние от точки прихватки собакой запаха до сидки или места взлёта заведомо не отбегавшей птицы. Последнее сразу же требует пояснений. Бывают случаи, когда в испытательных угодьях нет отсиживающихся птиц, т. е. птиц, твёрдо держащих стойку собаки. Что же, в этих случаях дипломировать собак нельзя (см. пункт 15)? Как быть, если нет возможности определить дальность чутья по заведомо не бежавшей птице? На практике выход находится. По бегущим птицам опытные собаки работают, следуя за ними почти без остановки, держа птиц «на чутье». Будучи посланной, такая собака резко бросается к птице и поднимает её на крыло. Так вот, расстояние от собаки в момент посыла до точки взлёта птицы — это и есть дальность чутья в данных условиях.

Высший балл 10 присуждается собаке, если она отработает перемещённую точно замеченную болотную дичь на 25 метров и более, а полевую дичь — на 25 метров и более. Почему требования к чутью при работе по полевой дичи ниже? Дело тут, видимо, не в различии запахов и не в разнице в размерах птиц: бекас вряд ли заметно больше перепела, а серая куропатка и фазан значительно превышают бекаса размерами. Дело во влажности воздуха: дупели и бекасы обитают в сырых местах, следовательно, собака должна их отработать дальше (об этом уже говорилось выше). Перепел же держится в сухих местах, где его отработать труднее. Подтверждает сказанное и практика: очень часто по дупелю, оказавшемуся в сухом месте, собаки работают короче, чем по тому же дупелю, переместившемуся в болото.

Как быть, если собака отработала двух птиц, сидящих рядом? Должно ли расстояние причуивания по двум птицам быть в два раза больше, чем по одной? На этот вопрос следует ответить отрицательно. В своё время эксперт всесоюзной категории Б. А. Калачев подчёркивал квадратичную зависимость между количеством пахучих частиц и расстоянием от источника запаха. Поэтому, если одну птицу собака в силах причуять, скажем, в 10 метрах, то двух птиц она причует примерно в 14 метрах и не далее. На практике, кстати, приходится отмечать, что при работе по группе птиц собака выделяет запах одной, ближайшей, и работает именно по ней, как бы не обращая внимания на запахи остальных птиц. После того, как эта птица окажется поднятой, а остальные продолжают сидеть, собака переключается на запах следующей и отрабатывает теперь ее и т. д. Этим и следует ру-ководствоваться при работе собак по группе птиц.

Дальность чутья, согласно «Правилам» оценивается по самой дальней работе (см. пункт. 5). В то же время, для диплома первой степени собака должна получить не менее 8 баллов за дальность при работе по точно замеченной перемещённой птице (см. пункт 15). А как быть, если в работе по перемещённой птице собака не продемонстрировала чутья на 8 баллов, в то время как в предыдущей, скажем, работе не по перемещённой птице она показала чутье на 9 баллов? Поставить ей 9, но диплома первой степени не присуждать? Нельзя: если все проходные баллы собакой набраны, судья не имеет права не присудить диплом. Выход в данном случае один: дать собаке ещё одну перемещённую птицу, и если работа будет столь же короткой, как и предыдущая, расценивать дальность чутья по лучшей из двух последних, не учитывая работу по неперемещенной птице, хотя эта работа и была самая дальняя.

Из сказанного напрашивается вывод: баллы 10, 9 и 8 за дальность чутья можно ставить только за работу по точно замеченной перемещённой, заведомо не бежавшей птице.

Ещё раз повторяю, что приведённые в «Ориентировочной шкале» расстояния дальности чутья не догма. Они даны для оптимальных условий, а если условия трудные, то высокие баллы могут присуждаться и за меньшие расстояния.

Верность чутья. Сейчас почти у каждого эксперта, и начинающего, и опытного, существует своя точка зрения на верность чутья легавой собаки, сплошь и рядом резко отличающаяся от взглядов других экспертов. Различие взглядов приводит, во-первых, к разногласиям и спорам, что в полевых условиях вряд ли желательно, поскольку отнимает драгоценное время, и, во-вторых, что ещё важнее, нередко приводит к неправильной оценке.

Чем вызвано такое положение вещей? В первую очередь нечёткостью формулировки понятия «верность чутья» в правилах. «Верность чутья — способность собаки сработать безошибочно и точно всех встреченных ею птиц, оказавшихся в пределах дальности её чутья, с движением прямо на них». Верность — это верность, вот и всё, что следует из этой формулировки. И эксперты обращаются к «Ориентировочной шкале», надеясь там найти разъяснения.

«Ориентировочная шкала», действительно, вносит некоторую ясность в понятие верности. Из неё можно узнать, что собака с плохой верностью чутья работает птичек, делает твёрдые стойки по старым набродам и сидкам (пустые стойки), твёрдые стойки по свежим набродам (следовые работы) и неверно указывает место подъёма дичи, задерживаясь на стойке по сидке уже отбежавшей птицы.

Можно ли на основании этого попытаться дать верности чутья какое-то более точное определение? Представляется, что да, поскольку все эти «грехи» вызываются одним и тем же недостатком чутья, а именно, плохой ориентировкой в запахах, плохой их дифференциацией, что обуславливается либо малой опытностью собаки, либо имеет врождённый характер. Следовательно, напрашивается такая формулировка: «Верность чутья — способность собаки дифференцировать и анализировать запахи, отличать запах птиц, являющихся объектами охоты, от всех прочих запахов, в том числе от запаха следов и сидок». Особенно от запаха следов и сидок, что настойчиво подчёркивал ещё Н. А. Зворыкин: «Способность собаки во всех проявлениях работы отличать запах самого тела птицы от запаха следа составляет одно из важнейших проявлений чёткости (верности) чутья». «Стойка по горячему следу представляется явлением нежелательным» и т. д. (Н. А. Зворыкин. Избранные произведения. М., 1955, стр. 278—282).

Следует остановиться на следующем моменте. На полевых испытаниях обстоятельства могут сложиться так, что вся птица окажется сконцентрированной на каком-то определённом участке на точке. Подняв её всю с этого участка и переместив, допустим, в некось, где поднять её снова чрезвычайно трудно, эксперты отправляются в новые места на поиски птиц, чтобы продолжить испытания. Однако, если в других местах птицы не оказалось, встаёт вопрос возвращения на первый участок, куда птица за прошедшее время должна была вернуться. И вот тут-то многие высказывают сомнения в целесообразности этого: «Там много свежих сидок, и собаки провалятся на пустых стойках». Действительно, собаки с плохой верностью чутья, не обладающие способностью отличить запах сидки от запаха птицы, провалятся. Но собаки с верным чутьём отметят эти сидки или потяжкой, или короткой приостановкой с самостоятельным уходом в поиск, что никак не бракует собаку. Поэтому возвращение на первый участок даже целесообразно, чтобы быстро выявить собак с дефектами верности чутья, ошибающихся при анализировании запахов.

Однако определяют ли перечисленные ошибки собаки неверность чутья исчерпывающе? Далеко нет. Тот же Н. А. Зворыкин, указывая на ещё одну частую ошибку, писал, что верность чутья собаки не в меньшей степени, чем вышеперечисленное, определяет и «способность своевременно отмечать птицу стойкой на такой дистанции, чтобы отнюдь не подпирать её, оставляя расстояние на подводку». Собака, прихватившая запах и двинувшаяся к птице, должна своевременно остановиться. И вот эта-то своевременность определяется опять-таки способностью собаки дифференцировать запахи. Когда собаке следует стать на стойку? Очевидно тогда, когда процесс торможения нервной деятельности, обусловленный доносящимся запахом, достигнет определённого порога, вызывая стойку. У собак с плохой дифференциацией запахов процесс торможения не достигает в некоторых условиях этого порога, собака продолжает двигаться вперёд, «напирает» на птицу, поднимает её на крыло.

Надо отметить, что и Б. А. Калачев считал этот элемент, а именно, отношение расстояния от птицы, на котором собака делает стойку, ко всей длине прихватки одним из важнейших показателей верности чутья. И вот этот-то элемент в современных правилах не учтён.

Однако и это ещё не всё. Нельзя забывать и о спарывании птиц, находящихся в пределах дальности чутья, и о частых пустых потяжках.

На основании всего изложенного к основным ошибкам легавой, вызываемым неверным чутьём, следует, очевидно, отнести следующие:

1. Стойки по старым следам или сидкам (пустые стойки).

2. Стойки по свежим следам или сидкам (следовые работы).

3. Неточные указания места подъёма птицы.

4. Стойки по птичкам и другим неохотничьим объектам.

5. Подъём причуянных птиц без стойки. Конечно, эту ошибку объяснять только неверностью чутья можно в том случае, если собака заведомо обладает стойкой.

6. Спарывание птиц, заведомо находившихся в пределах дальности чутья собаки.

7. Частые длинные пустые потяжки.

Как же расценивать верность чутья собак на полевых испытаниях? Прежде всего надо помнить, что при оценке верности чутья нельзя суммировать ошибки, ибо в этом суть нынешних правил. Следует выбрать одну ошибку, самую крупную, и по ней оценивать верность. На практике многие эксперты этого не учитывают, и по этой причине нередко страдают хорошие полевые собаки, получая заниженный балл за верность чутья и, следовательно, диплом более низкой степени, чем тот, который собака вполне была достойна получить, если бы эксперт соблюдал правила. Сделала, к примеру, собака пустую стойку, отработала птичку и немного неверно указала место взлёта дупеля. Верность её чутья следует расценивать, учитывая только пустую стойку, не обращая внимания на более мелкие промахи, которые как бы перекрываются крупным «грехом». Кстати, точно так же оценивается верность отдачи голоса у гончих. Если гончая продемонстрировала в работе грубейшую ошибку — гон «в пяту», то её и расценивают по этой ошибке, не принимая во внимание и не приплюсовывая редкую отдачу голоса на жирах, проносах или сколах.

Как же практически проставляются баллы при оценке верности чутья? Здесь ряд неясных моментов. Прежде всего, за одну пустую стойку собаке по правилам можно поставить либо 6, либо 7 баллов. А когда именно какой балл? Рекомендаций нет.

Руководствоваться здесь можно, по-видимому, следующим. Основным требованием, которое предъявляется ко всем охотничьим собакам и в соответствии с которым строятся расценочные таблицы испытаний, является добычливость. Чем меньше времени тратит собака впустую, безрезультатно, тем она добычливее, тем выше её оценка на полевых испытаниях. Собаке, способной быстро разобраться в том, что в данном месте птицы нет и немедленно уходящей в поиск после пустой стойки, можно ставить за верность чутья 8 баллов. Собаке, начинающей после стойки неуверенно копаться в старых набродах и теряющей на это дополнительное время, ставят 7 баллов. То же самое со следовыми работами, которые по правилам можно оценить 6—8 баллами. Восемь баллов ставится собаке, которая, сделав стойку по следу, затем быстро, без дальнейших задержек на следе, добирает отбежавшую птицу и поднимает её на крыло. Шесть баллов может получить собака, сделавшая ряд твёрдых стоек по следу отбегающей птицы, прежде чем поднимет её на крыло.

За две пустые стойки ставят по правилам 6 баллов. Нет ли здесь противоречия со сказанным ранее относительно недопустимости суммирования ошибок? Пожалуй, нет. Дело в том, что пустая стойка иногда может возникнуть и не по вине чутья собаки. В определённых погодных условиях, при резком, порывистом ветре, часто меняющем нап-равление, запах птицы может быть отнесён с чутья собаки, и недостаточно хорошо поставленная собака оказывается неспособной вновь поймать запах, чтобы доказать наличие птицы. Эксперты, понимая трудность условий и сомневаясь в вине собаки, тем не менее вынуждены отметить пустую стойку. Вторая же пустая устраняет их сомнения и подтверждает сильную неверность чутья.

Неточное указание места подъёма птицы оценивается в 7—9 баллов. Когда ставить 7, когда 8, а когда 9? Рекомендовать здесь можно, очевидно, следующее. Если птица вылетает в стороне от линии подводки, но всё же впереди собаки, за верность ставят 9. Если птица вылетает далеко сбоку от линии подводки, или, скажем, позади собаки (бывают и такие случаи), т. е. собака долго держала стойку по пустому месту, откуда птица давно сошла, ей ставят за верность чутья 7 баллов.

А как же расценивать такие работы, когда наблюдается спарывание птиц или подъём причуянных птиц без стойки? Советовать в этих случаях что-либо точно обоснованное трудно, можно лишь предложить ориентировочно оценивать такие работы, приравняв спор к работе по птичке, а подъём птицы без остановки (если стойка у собаки, конечно, имеется) — к пустой стойке. И ещё можно отметить, что, как показала практика, у собак с верным чутьём длина потяжек или расстояние от точки причуивания до стойки всегда короче, чем расстояние от стойки до сидки птицы, или равно ему.

Манера причуивания — это способ отработки собакой донёсшегося запаха, как бы реакция на запах. Определяется она в период с момента изменения направления хода или скорости собаки под влиянием донёсшегося запаха до начала потяжки или, если потяжки не было, до стойки. Разобравшаяся в характере запаха собака может уйти в дальнейший поиск и без перехода на потяжку. Оценивается манера причуивания по совокупности всех отработок собакой запахов в течение испытаний.

На полевых испытаниях ценится верховая манера причуивания, позволяющая собаке быстро и далеко причуять саму птицу, без траты времени на разбор её следов. При верховой манере причуивания собака пользуется самыми верхними доступными для неё слоями воздушных течений. При этом, кроме сбережения времени, улучшаются условия пользования чутьём: в верхних слоях меньше завихрений воздуха, а также не так сильно дробятся струи воздушных течений, меньше посторонних запахов.

За чисто верховую манеру причуивания ставят 5 баллов, за преимущественно верховую манеру с редкими попытками найти следы при прихватке запаха — 4 балла. 3 балла ставят за такую работу, когда собака при донёсшемся до неё запахе часто снижается, опускает голову, начинает искать следы и идти по ним.

Быстрота поиска. Определяется скоростью перемещения собаки в поиске. Чем выше скорость, тем большее расстояние проходит собака в единицу времени, тем быстрее будут проверены предоставленные собаке для работы угодья, тем добычливее может стать практическая охота, при условии, конечно, что «ноги у собаки по чутью», т. е. собака перемещается с такой скоростью, которая делает возможной прихватку запаха и исключает проскоки собаки мимо его источника.

Руководствоваться при простановке оценок быстроты хода собаки можно следующей таблицей:

Карьер — 10—12 м/с — 10 баллов.

Быстрый галоп — 8 м/с — 9 баллов.

Галоп средней быстроты — 5 м/с — 8 баллов.

Небыстрый галоп с переходом на рысь — 3 м/с — 6 баллов.

Быстрая рысь — 2—3 м/с — 5 баллов.

Рысь средней быстроты — 1 м/с — 4 балла.

Указанные баллы проставляются только при испытаниях собаки в оптимальных условиях: ровные пространства с отавой до 20 см или выгоны. Если условия трудные, то быстроту хода следует проверять на чистых местах и оценивать результаты именно здесь. Быстрота хода не должна уменьшаться к концу испытаний. Следует также учитывать, что быстрота хода немецких легавых меньше быстроты хода английских.

Манера поиска. «Правила» требуют, чтобы собака в поиске перемещалась «челноком». Челнок признаётся лучшей манерой поиска по следующим соображениям. Прежде всего, именно такой поиск даёт уверенность, что обыскана вся площадь. Далее, только при таком поиске сведена до минимума возможность пропуска дичи. Наконец, как показали опыты, при боковом расположении собаки к ветру облегчается причуивание запахов, т. к. в процессе восприятия запаха принимает участие большее количество рецепторов. Многие замечали, что прихватившая запах собака иной раз начинает идти не прямо к его источнику, а делает как бы несколько коротких проверочных параллелей челноком, прежде чем перейти на потяжку, или просто водит носом влево и вправо. Объяснение в только что сказанном — при боковом ветре чутьё собаки как бы «сильнее». Кстати, опытные собаки очень часто само-стоятельно выбирают движение поперёк ветра, независимо от направления хода ведущего. Они, видимо, чувствуют, что при таком движении им легче причуять птицу. Поэтому правила и требуют, чтобы ведущий передвигался строго на ветер, эксперты же не имеют права направлять ведущего как-то иначе.

Простановка баллов за манеру поиска изложена в «Правилах» достаточно чётко.

Потяжка — это настороженное движение собаки в сторону запаха, имеющее целью точно установить характер запаха и местонахождение его источника. Если в момент прихватки запаха собака как бы получает информацию о находящемся впереди некоем живом существе, то во время потяжки собака уточняет, что это за существо и где оно. Таким образом, собака во время потяжки решает две задачи: определяет, является ли донёсшийся до неё запах запахом охотничьей дичи, и устанавливает место, где находится его источник. Работает собака на потяжке следующим образом. Прихватив на ходу незначительное, если можно так выразиться, количество запаха, собака начинает двигаться на ветер. По мере усиления концентрации запаха собака в какой-то момент определяет, что является его источником. Если запах посторонний, скажем, неохотничьей птички, собака вновь уходит в поиск. Если запахи издают старые следы или сидки птиц, собака может их отметить короткой приостановкой, а затем уйти в поиск. Наконец, если запах издаёт, скажем, дупель, собака должна, двигаясь на ветер, точно установить место, где этот дупель находится, и стать по нему на расстоянии, достаточном, чтобы не спугнуть птицу. Вот эту-то дифференциацию и анализ запахов собаке легче сделать во время потяжки по мере увеличения концентрации запаха.

«Правила» требуют дальних и уверенных потяжек. Всегда ли, однако, они нужны? Существует много блестящих собак, работающих либо с короткими потяжками, либо вообще без таковых. Если сильное и верное чутьё собаки позволяет ей быстро определить характер запаха, зачем ей дальняя потяжка? Такие собаки быстро становятся на стойку, а место источника запаха уточняют уже во время подводки. Наоборот, дальняя потяжка является иной раз показателем неверности чутья: собаке надо много времени, чтобы выделить и проанализировать донёсшийся запах. Такая собака изматывает охотника длинными проверочными потяжками по всякому поводу и без повода, и как результат — потеря драгоценного времени. Поэтому, как мне представляется, потяжка должна быть короткая и быстрая по схеме: прихватка запаха — короткая, уверенная, быстрая потяжка — стойка или уход в поиск. Такие потяжки заслуживают оценки в 5 баллов. Потяжки же ко-роткие, но неуверенные, замедленные — это 4 балла. Потяжки очень замедленные или длинные — 3 балла. Потяжки замедленные и длинные — 2 балла.

Стойка — одно из основных рабочих качеств легавых собак, заключающееся в способности собак останавливаться и стоять в более или менее напряжённой позе перед причуянной ими дичью на расстоянии, достаточном, чтобы не спугнуть дичь.

Следует отметить недостаточную чёткость требований к оценке стойки, изложенных в «Правилах». Прежде всего, надо учитывать, что оценка проставляется по совокупности всех работ собаки. Действительно, если собака продемонстрировала одну твёрдую стойку с подъёмом птицы по команде ведущего и одну — с подъёмом птицы до его перехода, то выбрать какую-то одну из этих работ было бы неправильно. Поведение собаки во втором случае может быть вызвано целым рядом сложных обстоятельств, как бы оправдывающих её действия. Однако эксперту эти обстоятельства не всегда известны, и в данном случае следует или ставить средний балл, скажем — 4, или давать ещё работу, чтобы уточнить оценку.

И ещё надо учитывать, что «самостоятельное» продвижение собаки, о котором часто идёт речь в пункте «Стойка», является нежелательным только в случае «самостоятельного» подъёма птицы. Самостоятельное же продвижение собаки после стойки по бегущей птице — это достоинство, позволяющее собаке держать птицу «на чутье», чтобы не дать ей отбежать далеко и взлететь вне выстрела.

При оценке стойки следует рассматривать её практическое назначение. Стойка нужна в принципе для того, чтобы охотник, как бы далеко он не был, имел время подойти к стоящей собаке, а следовательно, и к птице, снять ружьё и подготовиться к выстрелу, а после подъёма птицы имел бы возможность её отстрелять. Завершением подготовки охотника к выстрелу является посыл — команда собаке поднять птицу на крыло. Если собака обеспечивает все эти действия, то её стойку можно считать образцовой.

Исходя из сказанного, к расценке стойки можно подходить следующим образом.

Собака дожидается подхода охотника на расстояние возможного выстрела по птице, как бы далеко он не был, и поднимает птицу по его команде — 5 баллов.

Собака дожидается подхода охотника на расстояние возможного выстрела, но поднимает птицу до его команды — 4 балла.

Собака дожидается подхода охотника на расстояние возможного выстрела, но только, если он подходит к ней очень быстро — 3 балла.

Собака поднимает птицу, не дожидаясь подхода охотника на расстояние возможного выстрела — 2 балла.

Очень короткая стойка, приостановка, после которой собака самостоятельно поднимает птицу — 1 балл.

Подводка. Представляется, что недостатки подводки, изложенные в «Ориентировочной шкале», объяснены не совсем точно, запутанно. Слишком большой упор здесь сделан на количество и характер команд, понуждающих собаку поднять птицу. Ведь если учесть, что необходимость отдавать команды, а также точность и быстрота их выполнения характеризуют прежде всего постановку и послушание собаки, то здесь они как бы вторичны. Первично же то, что вызывает необходимость этих команд — замедленность подводки. Вот её-то и надо оценивать, не прибегая при этом к подсчёту количества и определению характера команд.

Подводка — это движение собаки со стойки к причуянной птице, имеющее целью подъём её на крыло под выстрел охотника. Подводка должна быть быстрой, вот и всё, что от неё требуется. Будет она направлена точно на птицу или в сторону от неё — это уже вопрос верности чутья. Посланная собака должна немедленно сойти со стойки, энергично двинуться в сторону запаха и без всяких задержек поднять птицу. При этом команда охотника на подъём птицы как бы «растормаживает» стоящую на стойке собаку, процесс торможения сменяется процессом возбуждения, поэтому первичная команда здесь относится скорее к стойке, чем к подводке. Ведь врождённое стремление поймать птицу есть проявление охотничьего инстинкта собаки — сложного безусловного рефлекса, оно рефлекторно. «Расторможенная» собака, следуя инстинкту, бросается вперёд; недостаточно «растор-моженная» медлит с уходом со стойки. Двинувшаяся вперёд собака может оказаться под воздействием новых тормозных реакций, приобретённых ею во время ускоренней натаски, когда за гоньбу птицы она подвергалась строгим наказаниям. Поэтому быстрота смены процессов торможения процессами возбуждения и отсутствие новых тормозных реакций — вот основа быстроты подводки. И оценивать нужно именно эту быстроту, оценивать примерно таким образом:

— быстрая энергичная подводка броском — 10 баллов;

— быстрая энергичная подводка — 9 баллов;

— собака задерживается на стойке, но дальше идёт быстро и энергично — 8 баллов;

— собака со стойки сходит быстро, но подводку осуществляет с приостановками — 7 баллов;

— собака задерживается и на стойке, и на пути к птице — 6 баллов;

— замедленная подводка, дающая возможность птице далеко отбегать — 5 баллов;

— медленная подводка с остановками — 4—3 балла;

— очень медленная подводка с частыми остановками — 2—1 балл.

На практике можно столкнуться и с отсутствием подводки. Пусть, к примеру, собака сделала такие работы:

— первая птица. Собака прихватила запах, протянула несколько метров, стала, и в этот же момент впереди собаки вылетела птица. Собака на месте;

— вторая птица. К стоящей на стойке собаке подходит ведущий, отдаёт команду «Вперёд!», и птица вылетает, хотя собака не успела ещё даже двинуться со стойки;

— третья птица. К стоящей собаке подходит ведущий или судьи, и при их приближении птица поднимается на крыло.

Как тут быть? Такой случай в «Правилах» не оговорен, а ведь он отнюдь не редкость на испытаниях. Видимо, наиболее правильно продолжить испытания этой собаки до проверки её подводки. Если же такой возможности нет то ли в силу отсутствия птицы, то ли по иным причинам, то на практике некоторые эксперты ставят 5 баллов, т. е. средний балл из 10. Такой балл позволит собаке набрать необходимый минимум для получения диплома (ведь она отработала своих трёх птиц, выставила их под выстрел), и в то же время он достаточно низок и говорит об условности оценки.

Необходимо помнить, что балл по графе «Подводка» проставляется по совокупности всех работ, без выбора лучшей или худшей работы.

Стиль. Надо сказать, что наибольшая путаница в «Правилах» наблюдается именно в этом разделе. Попытки кратко изложить требование для получения высшего балла или описания основных недостатков явно не удались. Распространение на все породы собак требований «лёгкости» хода, «напряжённости» стойки и т. д. просто неправильно. Представляется, что вообще эти требования кратко изложить невозможно: много страниц понадобилось в 40-х годах М. Д. Менделеевой, чтобы только наметить основные породные признаки в работе легавых.

На полевых испытаниях эксперты очень часто относятся к оценке стиля как к чему-то второстепенному, не осознавая, что именно стиль является одним из главных показателей правильности племенной работы с породой. Именно стиль, а не слежка или окрас и характер шерстного покрова является для многих основой для выбора собак той или иной породы в качестве помощника на охоте. Ирландский сеттер со стилем английского или курцхаар со стилем пойнтера — это не ирландский сеттер и не курцхаар, а своего рода, стилевые ублюдки. И проставляя баллы по графам «Стиль», руководствуясь при этом абстрактными требованиями «Правил», подходя к оценке стиля конкретной собаки, сравнивая его с неким общепородным идеалом, эксперт делает очень серьезную ошибку.

Можно ли вообще полностью изложить на бумаге типичные признаки работы собак разных пород? Мне кажется, вряд ли. Это то же самое, что попытки описать словами впечатление от произведения искусства. Однако какие-то основные породные признаки в работе перечислить можно. Ниже сделана такая попытка для каждой из разводимых у нас в стране пород легавых, причём изложенное — своего рода идеал стилевых качеств каждой породы.

Пойнтеру свойствен ход лёгким, машистым, смелым до безрассудства галопом с высоким прыжком. Скачущая собака производит порой впечатление зависшей в воздухе — зрителю кажется, что собака несется, не касаясь земли: ложбинки, канавы как бы не существуют для пойнтера, не являются помехой его энергичному скольжению в пространстве. Пойнтер летит, не обращая внимания на кустарник, камни и прочие преграды, и лишь только доносящееся порой взвизгивание говорит охотнику, что какое-то из этих препятствий причинило собаке боль. Впрочем, эта боль в большинстве случаев не отражается на скорости хода. Именно у пойнтера можно отметить иногда карьер.

Высоко несомая в поиске голова особенно типична для пойнтера, равно как и верховая манера причуивания. Прорабатывая донёсшийся запах, пойнтер задирает нос вверх, часто выше линии темени, иногда подаётся вверх всем корпусом, привставая иногда на задние ноги, чтобы как можно ближе оказаться к наиболее высоким слоям воздушных течений, где струи запаха менее раздроблены.

Потяжки у пойнтера смелые, уверенные, энергичные, отчётливые; стойки напряжённые, страстные, с рельефно выраженной мускулатурой, неподвижные, всегда стоячие, с напряжённым прутом, продолжающим линию спины; подводки — уверенные, быстрые.

Пойнтер по всему комплексу работы производит впечатление собаки, которой чужды какие-либо сомнения, неуверенность, осторожность. Смелость — вот характеристика приемов работы пойнтера, выраженная одним словом. Пойнтер как бы запрограммирован на возможно быстрейший розыск дичи и только на это. И в этом его стиль.

Английский сеттер в поиск идёт очень широким, страстным, стремительным галопом. Он как бы плавно стелется в беге, припадает к земле, повторяет все детали рельефа. Голову в поиске собаки держат немного выше уровня спины, однако верховая манера причуивания ха-рактерна для английских сеттеров. Прихватив запах и перейдя на потяжку, английский сеттер движется как бы крадучись, «по-кошачьи», но в то же время исключительно стремительно и страстно, незначительно снижая голову при приближении к дичи. Двигаясь на потяжке, английский сеттер может время от времени приостанавливаться, разбираясь в запахах, прижиматься к земле, даже ложиться, держа высоко голову, но тут же стремительно продолжать движение.

Стойка английского сеттера напряженная, страстная, абсолютно неподвижная, иногда лежачая, не с высоко поднятой головой. Достоинством лежачая стойка не является, т. к. резко припав к земле и снизив голову собака, может стерять запах птицы в траве. Стеряв же запах и пытаясь вновь его найти, быстро двигаясь вперёд, собака может птицу спороть. Поэтому за лежачую стойку с опущенной головой следует ставить уменьшенный балл.

Подводки английского сеттера энергичные, чёткие. Следовые подводки абсолютно недопустимы.

Страстность в работе и стремительность — основные отличительные признаки английского сеттера.

Ход ирландского сеттера — быстрый, энергичный галоп, но отнюдь не столь стремительный, как у английского сеттера, а также не такой смелый, как у пойнтера. Ход ирландского сеттера как бы более продуманный, ирландцы часто меняют скорость в зависимости от обстоятельств. Галоп ирландского сеттера охотники называют «волчьим поскоком» за его как бы волнообразность. Голову ирландцы держат в поиске на уровне спины, но при этом проявляют верхочутость, и иногда очень высокую, что приводит к исключительно дальним прихваткам, характерным для этой породы.

Отрабатывая запах, разбираясь в его характере и месте нахождения источника, ирландские сеттеры демонстрируют длинные, хладнокровные потяжки, без особой напряжённости и страсти. Эти длинные потяжки могут иной раз привести ирландца к самостоятельному подъёму птицы без стойки.

Стойки ирландского сеттера чёткие, высокие, не без полного замирания, иногда с повиливанием хвостом. Голова на стойке держится на уровне спины или выше; подводки энергичные.

Хладнокровность в работе — так можно сжато охарактеризовать приёмы ирландских сеттеров в поиске и в отработке птицы.

Шотландский сеттер — самая спокойная и рассудительная собака среди английских легавых. В поиске шотландский сеттер идёт умеренно страстным, несколько тяжеловатым, но достаточно быстрым, «осмысленным» галопом, с головой выше уровня спины. По манере причуивания шотландский сеттер напоминает пойнтера — у него столь же высокие прихватки запаха, но без пойнтериного задирания носа. Потяжки шотландского сеттера спокойные, без излишней страстности; в них нет стремительности, чёткости собак других английских пород. «Пошёл на ветер, щупая воздух, а затем стал,» — пришлось как-то услышать о потяжке гордона, и вот это «пошёл на ветер», а не «отчётливо и страстно потянул», типично для породы.

Стойки шотландского сеттера отчётливые, но уравновешенно-спокойные, без аффектации пойнтера или английского сеттера, «рассудочные», иногда с оглядыванием на приближающегося охотника. Голову на стойке собаки держат большей частью высоко; хвост на стойке, как правило, полуопущен, причём возможно повиливание им. Подводки шот-ландского сеттера энергичные, прямолинейные.

Короткошерстные легавые (курцхаары) в поиск идут умеренно быстрым, равномерным, сильным галопом, иногда, в местах наиболее возможного нахождения дичи, переходящим на рысь. Голову в поиске собаки держат на уровне спины и выше. Курцхаарам свойственна как верховая, так и следовая манера причуивания, причём вторая на полевых испытаниях не должна приветствоваться, как затрудняющая определение дальности чутья. Другое дело на охоте, там комбинированная манера причуивания становится иной раз большим достоинством.

Потяжки у курцхааров отчётливые, умеренно страстные, стойки чёткие, но спокойные, без полного замирания, «рассудочные», чуть более напряжённые, чем у шотландского сеттера, подводки энергичные.

Жесткошерстные легавые (дратхаары). «Хороший дратхаар похож на хорошего гордона,» — утверждают некоторые охотники. Возможно, это так и есть, но я добавил бы, что дратхаар всё же как-то несколько повнимательнее в отработке дичи, эта собака чуть больше промысловая, чем спортивная.

Поиск дратхаара — умеренно быстрый, энергичный галоп, иногда с переходом на рысь. Этот переход на рысь для дратхаара чуть менее характерен, чем для курцхаара. Голову в поиске собаки держат достаточно высоко. Манера причуивания дратхаара в основном верховая, потяжки отчётливые, энергичные, стойки чёткие, с высоко поднятой головой, подводки энергичные, часто броском, прямолинейные.

Таковы основные характеристики стиля, т. е. врождённой манеры работы легавых, разводимых в нашей стране. Для того, чтобы получить высшие баллы по графам «Стиль», легавые должны работать именно так. Ещё раз хочется подчеркнуть, что к каждой породе эксперт должен подходить по-разному, исходя из наиболее типичной манеры работы именно этой породы. По «Правилам» «ход средней лёгкости с головой собаки на уровне спины» оценивается в 4 балла. Для пойнтера такая оценка, возможно, и правильна, но для курцхаара — в корне неверна. Такой ход типичен для курцхаара, и оценка его стиля — 5 баллов. «Стойка недостаточно напряжённая» по «Правилам» оценивается в 4 балла. Опять-таки, для пойнтера или английского сеттера это верно, но для гордона уже не подходит. Такая стойка типична для гордона, и он должен получить 5 баллов.

Постановка. «Правила» определяют постановку как «самостоятельное правильное поведение собаки по всему комплексу испытаний». Иными словами, хорошо поставленная собака всё делает правильно и не нуждается в поправляющих командах. Постановка собаки на испытаниях проверяется в течение всего времени испытаний.

Собака заводится ведущим на ветер для пуска в поиск. Если она идёт рядом с ведущим без поводка — это плюс собаке по графе «Постановка». Собака пущена в поиск. Если она выбирает скорость хода в зависимости от условий местности, это тоже ей плюс. Если она при этом подгоняет скорость хода под собственное чутьё, чтобы не спороть птицу («Ноги должны быть по чутью», — говорят охотники), это опять ей плюс. Если манера её поиска такова, что необысканных мест не остаётся, это очень хорошо. Если она особо внимательна в местах возможного нахождения птицы, это тоже очень хорошо. Если она в поиске подстраивается под скорость охотника и не уходит от него вперёд, а расстояния между параллелями её челнока равно или менее дальности её чутья, то это правильно.

При донёсшемся запахе собака не должна переходить на розыск следов, потяжки у неё должны быть быстрые и энергичные, причуянную птицу собака не должна поднимать самостоятельно, но только после команды охотника, причём этот подъём должен осуществляться быстро, без задержек, чтобы не дать возможности птице отбежать и под-няться вне выстрела.

После взлёта птицы собака должна лечь или остаться на месте. Выстрела она не должна бояться.

Если всё перечисленное собака делает самостоятельно, без команд (за исключением выполнения команды «Вперёд!» для подъема птицы), то балл за постановку ей ставится 10.

Если же собака нуждается в поправляющих командах во время работы или нахождения в поиске, но очень редко, эпизодически, ей ставят 9 баллов. Если потребность в поправляющих командах частая, это уже 8 или даже 7. Ищущей и работающей только на командах собаке ставят 6. Столько же баллов ставят и самостоятельно работающей собаке, не нуждающейся в поправляющих командах, но допускающей при взлёте птицы посов за ней на расстояние до 5 метров. Если этот посов достигнет 6—10 метров, то это уже 5 баллов. Наконец, если собака прогонит птицу более 10 метров, она с испытаний снимается.

Послушание. Если по ходу испытаний у охотника возникнет необходимость как-то подкорректировать действия пусть даже совершенно правильно работающей собаки, скажем, сократить ширину её поиска, сузить расстояние между параллелями, направить в какое-то особое место, побудить собаку несколько раз проверить один и тот же участок, наконец, просто подозвать собаку к себе при окончании работы или, наоборот, пустить её в поиск, то приходится пользоваться командами. Командами приходится пользоваться и в случае, если собака плохо поставлена, т. е. допускает отклонения от правильного хода работы. Чем хуже поставлена собака, тем чаще приходится отдавать ей направляющие команды.

Таи вот, чем быстрее и точнее собака выполняет все эти команды, тем выше балл ставится ей по графе «Послушание».

Собака может быть совершенно непоставленной, болтаться в поле без всякой системы, но если она быстро и точно выполняет отдаваемые ей команды, то балл за послушание она должна получить высокий. Справедливо и обратное, т. е. если собака непослушна, но весь комплекс работ выполняет безукоризненно без команд, то она должна получить высокий балл за постановку.

Какие же требования предъявляются к собаке для получения ею тех или иных баллов за послушание? Их, по-видимому, можно сформулировать следующим образом.

Быстрое и чёткое выполнение всех команд охотника, отдаваемых голосом, свистком или жестом — 10 баллов.

Быстрое выполнение всех команд, но недостаточно чёткое — 9 баллов. Например, охотник командует «Лежать!», а собака садится. Или при команде охотника ограничиться в поиске ходом на челноке с левой стороны от него собака захватывает часть правой стороны.

Чёткое выполнение всех команд, но с некоторой задержкой — 8 баллов. Например, охотник подзывает собаку к себе поднятой рукой. Собака идёт к нему, но не сразу.

Для того, чтобы добиться безусловного выполнения команды, охотнику приходится повторять её или отдавать команду как бы на повышенных тонах — 7 баллов.

Собака замедленно или нечётко выполняет повторные команды — 6 баллов.

Некоторые команды собака не выполняет, но это не мешает проведению её испытаний — 5 баллов.

Некоторые команды собака не выполняет, и это мешает её дальнейшим испытаниям — собака снимается с испытаний.

Наконец, последний вопрос по полевым испытаниям легавых. Что должен предпочесть эксперт: расценить собаку после её выступления или снять её без расценки, если у него есть и та и другая возможность? Скажем, собака сделала две хорошие работы, а третью птицу, хорошо отработав, прогнала метров 15—20, не реагируя на команды ведущего? Представляется, что эксперт должен расценить собаку (естественно, без диплома, с низкими баллами за постановку и послушание). Или другой пример: собака сделала работу по птице со стойкой, а затем допустила пару пустых стоек и один-два спора. Как быть, расценивать собаку без диплома или снять за непроявление чутья? Опять-таки, предпочтительнее расценка.

Дело объясняется тем, что данная собака по разным причинам вообще может больше не быть выставленной на испытания, и её полевые качества останутся неизвестными. Но если эксперт произведёт расценку, и если первая собака наберёт за чутьё, скажем, 20 баллов, а вторая, допустим, за стиль — 15, то данные об этом, дойдя до лиц, ответственных за племенную работу, определённо заинтересовали бы их и побудили к повторной полевой проверке этих собак. Таким образом не исчез бы из поля зрения потенциальный прекрасный полевик.

В заключение считаю необходимым сказать пару слов о различии методик экспертизы собак на полевых испытаниях и состязаниях. И испытания, и состязания проводятся по одним и тем же правилам, поэтому на первый взгляд различий не должно быть никаких. Однако это не так. Нужно помнить, что цель испытаний — наиболее полное выявление рабочих качеств собак для отбора лучших в племенное использование. Целью же состязаний является показ лучших собак и выявление лучшего среди них — чемпиона. Поэтому ценность состязаний как племенного мероприятия ниже. Отсюда и различия в методике оценки собак. Испытания ведутся до тех пер, пока экспертам не станут совершенно ясными абсолютно все рабочие качества испытываемой собаки, состязания же ведутся, как правило, до того момента, когда представится возможность расценить собаку. Как только эксперты смогут проставить баллы по всем графам расценочной таблицы, так выступление собаки на состязаниях заканчивается. Такой порядок оправдан тем, что собаки на состязаниях как бы ставятся в одинаковые условия: что успел показать до момента расценки, то и получай. Естественно, при таком подходе велик элемент случайности, поэтому состязательный диплом имеет более низкую ценность для племенного дела, чем диплом, полученный на испытаниях.

Завершая разговор об оценке собак на полевых испытаниях, хочу отметить, что приведённым рекомендациям по оценке собак, конечно, нельзя следовать автоматически. Во время полевой экспертизы часто возникают ситуации, правильно разобраться в которых поможет только собственный опыт. Накопление такого опыта должно стать целью каждого эксперта. Кроме того, «...нужны хладнокровие и беспристрастие в отношении не только к владельцам и егерям, но и к породам и отдельным собакам и, наконец, к отдельным качествам; нужно воздавать каждому из качеств, указанных в оценочной таблице, должное,

т. е. признавать за ним тот удельный вес, который вытекает из таблицы, а не тот, который соответствует личным симпатиям судьи,» — писал Р. Ф. Гернгросс.

 

Добавить комментарий

Уважаемые пользователи!
Данное сообщение адресовано, в первую очередь, тем, кто собирается оставить комментарий в разделе "Наши авторы" - данный раздел создан исключительно для размещения справочной информации об авторах, когда-либо публиковавшихся на страницах альманаха, а никак не для связи с этими людьми. Большинство из них никогда не посещали наш сайт и писать им сообщения в комментариях к их биографиям абсолютно бессмысленно.
И для всех хочу добавить, что автопубликация комментариев возможна только для зарегистрированных пользователей. Это означает, что если Вы оставили свой комментарий не пройдя регистрацию на сайте, то Ваше сообщение не будет опубликовано без одобрения администрации ресурса.
Спасибо за понимание,
администрация сайта альманаха "Охотничьи просторы"

Защитный код
Обновить