«Привет из Бакланихи!» | Печать |

Кульмит Лаймон


Обычные житейские письма редко представляют интерес для постороннего человека. Но иногда бывает так, что они, написанные одним человеком и собранные вместе, вдруг приобретают новое, не бытовое, но историческое качество. И тогда на первый план выступают не литературные достоинства письма или интимные подробности чужой жизни, а события и факты, из которых подчас складывается картина ушедшей эпохи.

Автор публикуемых писем — Лаймон Эмильевич Кульмит, бывший «враг народа», в свои юношеские, но в сталинские для страны, годы отправленный с матерью и сестрой из Латвии в далекую Сибирь. Поселенцев завозили по Енисею в Туруханск (енисейскую «Колыму»), а оттуда раскидывали по таежным селениям. Лаймон Кульмит угодил в Бакланиху и так сросся с сибирской землей, что живет на ней до сих пор. Письма эти адресованы охотоведу В.А.Силису (о нем см. «Охотничьи просторы» кн. 3, 2002, с. 212).

Ссыльных латышей, никогда не державших в руках оружия, заставляли охотиться и ловить рыбу. С осени, с первым снегом охотников-горемык загоняли в тайгу на промысел и запрещали выходить из леса, пока не будет выполнен спущенный сверху фантастический план по добыче пушнины. Сердобольные сибиряки — аборигены и русские — втихаря носили латышам в зимовья все, чем сами были богаты, — муку, соль и прочую незатейливую снедь, в том числе и рыбу. Вот факт: латышам-рыбакам разрешалось варить уху только на рыбалке, но все домашние рыбные запасы власть у них изымала и гноила. Да и за добытую пушнину в те годы денег не давали, а ставили палочки-трудодни в ведомостях, на которые можно было отовариться той же рыбой и хлебом-солью.

Мало кто из ссыльных латышей выдюжил в той борьбе за выживание, многие померзли в тайге, утонули в Енисее, умерли от голода, в живых остались единицы. Это в богатейшей-то зверем и птицей тайге, на баснословно рыбном в те поры Енисее! Лаймон Кульмит тогда чудом уцелел, но его письма о другом, более позднем времени. Они как бы документально дополняют и продляют очерк Ф.Р.Штильмарка. Впрочем, судя по их содержанию, время на Енисее, в Бакланихе течет по-сибирски, наособицу, а может быть, и вовсе застыло. Дай Бог, чтобы не навеки.

М.Булгаков

 

1980, февраль

Привет из Бакланихи! Несколько слов о нашей жизни, думаю, вам будет интересно.

Снова построилось три жилых двухквартирных дома промхозных и новая почта, и медпункт. Притом нынешним летом построился новый конно-скотный двор. Осенью нам завезли 5 нетелей, так что выполняется решение партии в жизнь, и, если будет кому доить и поить их, то будем с молоком и мясом.

Ну, лошадей осталось только три рабочие и молодняк — две головы. Им-то бедным достается: и дрова на них, и сено. А руководит нами по-прежнему Маркин В.М. Народу, то есть рабочих-то на участке много наехало, на сегодняшний день насчитывается 33 человека. Это по списку. Среди них есть такие, кто редкий день бывает трезвый.

С основными планами пока справляемся. Пушнины на 79 год план был 15 000 руб., а сдали 18 600 руб. Из охотников впереди все время Гончаров Г.В., его план за 4 года — 4 000 руб., а сдал уже 7 000 руб., немного отстал Олег Дибиков, а остальные — так себе, редкий кто с планом справляется. А из националов остался только Кусомин И.П. с женой, кто маленечко еще дает пушнину, их-то все меньше становится, а из молодых никакого толку.

С рыбой-то дела хуже, за 1979 год еще сегодня рассчитываемся. План дают по 350 цент. Те-то года вовремя управлялись, а нынче поленились. По рыбе в основном план дают сыновья Еремеевы, Валера с Сергеем и Маркин Александр, ну и весной сетями еще помогает сам Еремеев и также Людмила.

Дровами-то тоже пока обеспечиваем организации. Заготовляем за год 400—500 кубов. Нынче, правда, частники не успели свои дрова вытащить из леса в связи с нехваткой лошадей. Ягода тоже плохо поддается нынче: бруснигу набрали всего 1,5 центнера, остальную набираем черемухой — сами сдаем, сами и покупаем. Чтобы справиться с планом, ежегодно надо набрать 5 центнеров.

...На днях приезжал какой-то техник и наметил где и как строить вышку для телевизора. Так что по плану в этом году будем смотреть телевизор, ну что из этой затеи выйдет — пока не знаю.

 

1986, февраль

...Бакланиха стоит на том же месте и мало чем изменилась, можно сказать, что не растет и не исчезает, хотя за это время построили новый магазин, пекарню и склад для рыбкоопа. На участке также построено: электростанция и еще пробурена скважина для воды. Теперь мы, в связи с продовольственной программой, держим 5 дойных коров, так что летом не знаем, куда молоко девать.

А вот с рыбой-то дела пошли не ахти как. С пушниной-то дела обстоят лучше. Нынче план был 28 000 руб., а сдали 30 000 рублей. Нынче хорошо шел соболь, особенно на волочной стороне. Только мы теперь стали соблюдать все законы и правила охоты. Так как соболь лимитирован, то и ловим его строго по лимиту. За сезон лимита было 300 штук на наш участок. И госпромхоз лимит выбрал. Так что охота закончилась и охотников вывезли из тайги уже 20 января. Лучшие оказались Гончаровы, у них на двоих за сезон было добыто 69 соболей.

Начальником участка теперь Дементьев В.Г., уже с 1980 года. За это время по госпромхозу держимся не впереди и не самые последние. Рабочие-то много приезжают и уезжают, все хотят быть охотниками, но, как правило, охотников из них не получается. Из старых рабочих все те, кто здесь и жили. То есть, Еремеев с сыновьями, Маркина сыновья. Хотя Еремеев уже давненько на пенсии, ну еще работает конюхом. Из Арзамазовых тоже Людмила давно на пенсии. Шура с Ольгой тоже живы-здоровы. Арзамазов Роберт со своей семьей теперь живет в Туруханске. Роберт теперь, можно сказать, вышел в люди: работает секретарем парторганизации госпромхоза.

Остяков-то становится все меньше. На участке охотятся только Максунов Роберт и Олег Дибиков, и то не на оленях, а также вертолетами забрасывают в тайгу. Также и Могильников жив и здоров, но охотится не ахти как, свой план так и старается немножко не дотянуть и все по уважительным причинам.

...Ну, погода-то нас нынче шибко балует, хоть куда. Морозов нет и снега мало. Только в декабре несколько дней перевалило через -40°.

 

1987, январь

...Мы все это время жили как культурные Робинзоны, то есть смотрели телевизор, слушали радио, а никто отсюда ни шагу, газеты и прочую почту не получали, отправить не было возможности, — река-то встала уже после ноябрьских праздников, а в связи с теплой погодой лед тонкий и самолет не сядет. ...Только теперь похоже на сибирскую зиму. Сегодня термометр показывает 53° ниже нуля.

Свободное время занимаюсь рыбалкой, стоит сеть, так что рыбки не богато, ну хватает. Насчет охоты дела гораздо хуже, с осени немного походил здесь же, от дома поблизости. Ну ничего путного: несколько белок и даже ни одного глухаря. Хотя собаченька еще молодая, ну и лес-то не богат. Правда, ниже, в районе Черноостровска и Татарска осенью соболя ловили неплохо: там охотились еремеевские ребята, Валера с Сергеем и Маркин с сыном. Те-то поймали боле десятка каждый. В общем, соболь нынче шел неплохо. Также из штатных охотников, кто, конечно, охотился, у всех боле 20 соболей. На новый год к ним за пушниной не полетели, потому что план итак выполнен. Только один Могильников вышел в начале месяца из своих угодий и принес 21 соболя, между прочим, первый раз выполнил свой план по пушнине. Нашего участка годовой план 23 000 руб., а имеем 32 500 рублей. Ну с рыбой дела неважно, всего могли нарыбачить 233 центнера, а нужно было 350. Также плохо дела с дичью, из 300 штук не могли взять даже половину. А про ягоду и говорить нечего, даже я себе не смог ни литра набрать.

В это лето у нас опять сменилось начальство. Наш начальник Дементьев В.Г. пошел на повышение, стал главным охотоведом госпромхоза, — теперь совхоза, ведь мы тоже перестроились. Теперь вместо госпромхоза стал совхоз «Тунгусский», а у нас раньше был участок, а теперь — отделение. Только я одного не могу понять: за какие заслуги он, то есть наш бывший начальник, пошел на повышение, ведь за время его руководства наш участок не вышел на первое место ни по каким-либо показателям? Теперь нашим управляющим стал Еремеев В.Ф. — сын Тони.

 

1988, декабрь

...Сегодня день воскресный, с утра всей толпой долбили лед на реке для самолетной площадки. А вертолет для нас одних — государству не выгодно. Теперь если только какому районному работнику что-то понадобится, то попутком прихватит почту или еще что.

Можно сказать, что прошлое лето-то не видали: даже стрижи не прилетели. Я-то про себя не раз подумал, что если построят Туруханскую ГЭС, то наверно, вообще здесь тоска будет. Нынче-то большие споры ведут ученые люди. Одни сулят хорошую жизнь, а другие опять против. Посмотрим, чья возьмет. Эвенкия — та против, ведь под воду уйдут лучшие угодия.

Нынче по воскресным и праздничным дням стал ходить на охоту. За все время набрал без малого 30 белок, ну еще 4 глухарки и 2 глухаря.

А вот с рыбалкой-то нынче дела никуда не годятся, все время держалась большая вода и в Духове неводом рыбачить нельзя было. Ну и свое слово сказала перестройка. Мы тоже начали перестраиваться. В августе приехало наше начальство и провело аттестацию рабочей силы. Раньше были промысловые рабочие, теперь отдали им угодия в аренду. В течение года должен каждый сдать продукции на 4 200 рублей, то есть: рыба, пушнина и дичь, дикоросы. Ну теперь совхоз им ничего уже не дает, у охотников все должно быть свое собственное: капканы, спецодежда, боеприпасы, охотизбушки и все прочее. Только пока вертолет в счет совхоза. За добытую пушнину совхоз оплачивает 1 рубль из десяти. Также лодки и моторы должны быть свои, и бензин за свой счет. Можно при желании арендовать лодку и сетематериалы, за это тоже платить надо. Таким образом, нынче все арендаторы на рыбу не очень-то нажимают, все надеются, что возьмут свою сумму на пушнине.

Ну как видно на сегодняшний день, пушнина-то хуже прошлого года. Так что с планом не справимся.

Да, в Татарске была воинская часть, и ее года три назад оттуда убрали. Теперь там раздолье для браконьеров, нынче летом прибыл какой-то кооператив, деньги в Госбанке забрали, пару месяцев побыли и теперь все разбежались и опять раздолье для браконьеров.

 

1989, декабрь

...Живем пока по-старому. Перестройка нас еще не очень-то задела. Разве только, что сахар дают по 2 кг на человека и пачка чая на месяц. Только мяса можно было набрать-накупить, сколько душа желает и притом по госцене. Дело в том, что наше начальство решило, что можно взять большую прибыль от К.Р.С. (крупный рогатый скот) и закупило на откорм для нашего поселка 17 голов мясной породы — телок 2-годовалого возраста. Потом весь наш скот ушел под нож, а мясо, благодаря нашей неразворотливости, осенью не успели по открытой воде вывезти, теперь его сколько хочешь, а прибыли никакой.

...Насчет охоты в этом сезоне хуже, чем в прошлые годы. С планом-то справились, план на этот год был 30 000 руб., а на сегодняшний день имеем 50 000 рублей. А вот рыбы еще 100 центнеров не набрали при плане 300.

Я тоже с осени по выходным бегал на охоту, удалось всего 12 белочек найти и пару копалух. Все по старой привычке тянет в лес не столько за добычей, как от души побродить, согнать лишний жир.

 

1991, апрель

...Зима у нас нынче теплая, больше с ветром и пургой, только в середине февраля с недельку мороз продержался, градусов так минус 45—55. А вот теперь не знаю, то ли прошла зима, то ли еще будет. По утрам ­30—38°, а днем сдает до -15—25°, признаков весны пока не видно.

Охотников уже давно вывезли из тайги (20 февраля). Этот сезон был хуже, чем прошлые годы. Наилучшим опять оказался Гончаров В.Г., его добыча за сезон — 31 штука соболей (2 500 руб.). Он по-прежнему охотится, супруга его уже года два как на пенсии и тоже с ним уходит в тайгу, и сам он нынче тоже готовится на пенсию. Также и Могильников уже два года на пенсии, тоже на своем участке охотится, его добыча за сезон — 15 соболей (1 150 рублей).

...Только то изменилось за время перестройки, что ни охотников, ни рыбаков не стали больше хвалить за выполнение и перевыполнение плана. В общем, сдал продукцию, получил зарплату и будь доволен. Так что теперь за медалью никто не гонится. Ну только то, что теперь за пушнину, которая идет за границу, стали получать какую-то долю валюты, которая раньше оставалась «наверху». Так что теперь наш совхоз имеет немного валюты, и директор заключил с шведами договор о закупке снегоходов. Так что будущей зимой есть шанс, что кое-кто прокатится на заграничном снегоходе. Только вопрос — достанутся ли они рядовому охотнику. Поживем — увидим.

Васю Жирного увезли и посадили, никаких вестей от него не было. А сын его осенью ушел в армию. А Юра Кобелев, наверно, лет пять как умер.

 

1992, январь

Почту по сей день не получаем, некому сделать авиаплощадку на реке. ...С осени речка Бакланиха уже замерзла, и люди наставили сети, а потом опять ударило тепло, и в одно прекрасное утро речка тронулась, и все сети уплыли в Енисей. Зато конец ноября и почти весь декабрь мороз продержался ниже -40°.

...Я по осени ходил в тайгу, немного побегал, ну как ни день, то почти пустой приходил домой. Так что и тайга стала скудеть, и если что и осталось, то уже находятся дельцы, которые все до начала сезона приберут. Пушнина-то нынче хорошо стала стоить. Соболь в среднем обходится 400—700 рублей шкурка. Это сдаточная цена. Белка в среднем — 10 рублей. Видать, что звери почувствовали, что ихняя шкура подорожала, и стали прятаться, — в среднем, охотники с начала сезона сдали до 10 соболей. Только Гончаров — 15 и еремеевские ребята по 13 штук. В деревне этот год прошел нормально. Летом стали наведываться туристы даже из-за границы. Были американские журналисты и телевидение. Из Франции и Голландии какие-то этнографы, ну для них-то тут почти каменный век, особенно коренное население, которое с каждым годом все уменьшается. Нынче тоже двух не досчитались. Может, помните Юру Дибикова? Ему, видите ли, тоже работать было некогда, все надо было погулять, и тут он уехал счастья искать то ли в Красноярск, то ли в Енисейск. Ну и кое-как приехал назад, месяц всего-то и протянул — отскочили внутренности. Также и Валя Максунова, по прозвищу «Карабанька». Тоже повеселилась и вздумала вечером идти через Енисей к своим братьям, ну и прихватила с собой бутылку спирта. Когда схватились, что ее нет ни там, ни тут, стали искать и нашли за торосиной.

 

1993, декабрь

Настроение что-то опять не то. В общем, доживаем последние деньки. Наше Акционерное общество на грани полного банкрота. Осенью зарезали последнего скота, так что остался в деревне один хромой мерин и кобыла. После Нового года свет, наверно, потухнет, так что дожили. Причина та, что никто ничего делать не хочет, все живут только для себя. Летом ловили красную рыбу и на пароходы продавали. А осетры нынче на самоловы ловились неплохо, цена — 2—3 тысячи за килограмм. А какая нужда работать, если за одного осетра — месячная зарплата. Также теперь и охотники не очень-то собираются сдавать соболей в свою организацию. Пока соболей у нас собираются купить по 30 000 рублей за шкурку. Охотники считают, что это мало, ведь находятся частные скупщики, которые дают больше. А про хозработы и говорить нечего, как например, заготовка дров и прочие работы. Районное начальство на нас ноль внимания, мол, живите, как хотите. У них своих забот хватает, чтобы покрепче за кресло уцепиться. Даже по району до сих пор нет регулярных почтовых рейсов, почту доставляют случайными вертолетами. Это обычно санитарные рейсы. Так что мы с самой осени всего раз обменяли почту, если не считать выборную кампанию. Вот так и живем, и на дальнейшее нет никакого просвета. За это время и нас, старых, стало меньше. В конце апреля похоронили Васю Милого и Авдотью Пупкову, мать Сашки Пупкова. А тут недавно похоронили Алексея Дибикова, он был младший сын Марии Дибиковой. Леша находился в тайге в своем охотугодии и встретился с медведем-шатуном. Его нашел напарник на второй день, тело в снег зарыто и обгрызано.

В общем, нынче медведи нас часто навещали. Тут как-то я летом надумал сходить по грибы и тоже встретился с мишей, а в руке только нож-складник, грибы срезать. Тут я про себя подумал: если подойдет, то ведро ему придется на голову надевать, ну хорошо, что собака со мной была и так с миром разошлись.

...По воскресеньям хожу на охоту и все попусту. Тайга пустая, как будто метлой выметена: за все время пару рябчиков и пару белок. Тоже и большие охотники жалуются, что тайга пустая. По всему видать, что и природа несогласна со всеми этими реформами и демократиями.

 

1995, апрель

Я тут в конце февраля подхватил такой замечательный грипп, что по сей день опомниться не могу. А зиму провел так себе — то ходил в лес на охоту (при хорошей погоде), то на рыбалку. Но с рыбалкой не повезло, с охотой тоже так, в основном, чтобы ноги разминать, чтобы не соржавели.

...Мы уже года три как перестроились с совхоза на АО ТОО. Если раньше было от Верещагино до Горошихи одно хозяйство, то теперь каждая деревня сама по себе, никому не подчиняется. Ведь нашлись же грамотные люди и все разрушили. Поскольку я понимаю, — нам в дальнейшем никакой перспективы. Если раньше основной доходной статьей была пушнина, то теперь и она исчезла. Вот, например, если наша АО ТОО отдает, скажем, соболя скупщику по 120 000 рублей, то с нас берут всякие НДС и прочие налоги и охотнику остается хорошо, если половина. Поэтому и стараются сбыть свою добычу без АО ТОО напрямую скупщику. А скупщиков разных хватает. Тоже самое и с остальным, даже дрова стараются сбыть напрямую. Конечно, если был бы хороший руководитель, то как-то можно было тянуться. Ну, а теперь кому это нужно. Да, тут еще Зоя Максунова организовала родовое хозяйство. Собрала всю свою родню, официально «родовое хозяйство» — это охота и рыбалка, но на что они существуют — не знаю. Сама Зоя месяцами бывает в командировках, даже до Москвы добирается, а на какие шиши — не знаю. По-видимому, с наших налогов ей отстегивается. ...Мне все интересно, долго ли будут продолжаться эти реформы. А то тут по радио и телевизору наслушаешься всякое и не знаешь, чему верить. Ведь такую страну, где есть все «от» и «до», надо же было довести до такого.

 

1996, декабрь

...Сегодня -45°, сижу дома, хотя на улице делов хватает. Нынче самолеты не летают, не подвезли горючего. В общем, живем спокойно, нас никто не трогает, ну и мы никого не тревожим. А все новости можно узнать по радио и телевизору.

Весна нынче сначала обрадовала, потом опять засеверило, и Енисей только 1 июня стал лед сбрасывать, притом нашу Бакланиху так заделал в лед, что никто и никуда. На Енисее уже теплоходы появились, а у нас еще притор до половины. Такую весну, сколько здесь живу, первый раз встретил. Лето тоже не ахти какое. Сначала все высушило, потом опять дожди. А с половины августа заморозки всю ботву картошки побили.

Нынче в тайге тоже ни грибов, ни ягоды, только чернига немного была. К осени и рыбалкой пришлось заняться, поставил перемет. У нас сейчас в моде самоловы. Ну я ими никогда не занимался и теперь уже учиться не стоит. Ну мужики-то ловили неплохо, — красную рыбу на пароходы загоняли по 10—15 тысяч за кг. Сейчас летом весь Енисей полный самоловами.

Кроме деревенских еще с Красноярска наезжают, особенно к осени на селедку и омуля. Так что наши уже на сельдеву в Пакульские пески не едут, там чужие заняли. Наши инспектора тоже проезжают для отвода глаз — наших деревенских попугать. Если не сумеешь договориться, то оштрафуют.

Тут на краю берега белки немного осталось, а так в лесу очень мало, то, что было, уже до снега подобрали. В общем, на пушнину спрос не очень-то. Если официально, то соболь обходится здесь в среднем до 200 тысяч, белка — 5—6 тысяч. Теперь плана такового нет. Покупаем лицензии — и вперед. За прошлый год наше хозяйство АО ТОО закупило лицензий на соболей 80 штук, а охотники принесли всего 60, в общем, «оправдались». Я тоже к осени купил себе лицензию на 5 уток и 5 рябчиков. Уток убил всего 2, а рябчиков скоро пойду искать. Ну лицензию я купил только потому, что если придется куда-нибудь в лодке ездить с ружьем, чтобы не нарваться на инспектора, — вот такие-то порядки стали.

А в деревне новостей мало. В начале октября похоронили Сергея Дибикова, он трезвый ни одного дня не был. Тут они поддатые надумали в лодке на пароход поехать, ну не успели от берега отъехать, как перевернулись. Один сразу утонул, а Сергея выудили и отвели домой, и он через час отключился насовсем. Так что теперь осталась одна Нина Дибикова с тремя ребятами от разных отцов. Робка Максунов тоже редкий день трезвый бывает, в тайгу уже вторую зиму не ходит. Еще осталась из остяков Клава Кусамина с сыновьями, это из старых. А про Камайдуса ничего не знаю, где он теперь.

 

1997, март

Почты мало. Если раньше, считай, в каждом доме выписывали газету или журнал, то теперь только один я, как дурак, выписал газеты и журнал. Вот привык к ним и все.

...У нас из остяков остались Кусамина Клава с Иваном и Сергеем. Потом Робка с матерью. А от большой семьи Дибиковых осталась одна Нина с братом Вадимом Жирным. Потом еще Дорожкин Виктор с ребятишками. Ну и дети Васи Милого, да еще Калина с сыновьями, а Тоня Максунова перебралась в Верещагино. Вот, пожалуй, и вся Бакланиха, если прибавить нас и Лизу Еремееву, и Гончаровых. Дементьев Геннадий из Светлой речки перебрался в Верещагино со всеми приватизированными шмутками.

Свет пока гоним от своих движков, дальше неизвестно как будет. Эта зима удалась умеренная, ниже -45° не было, только последняя неделя февраля утром -48—50°. А сегодня, 4 марта, нормально: минус 20°.

 

1997, декабрь

Ну вот, опять прожили один год.

...С этим холодным летом в лесу никакой ягоды не было. Под осень решил рыбалкой заняться. Налимов немного наловил, а с ельчиками не повезло, видно, и им этот год не понравился, даже на удочку не ловится, чтобы перемет наживить. Летом и красной рыбы мало было, осенью селедка и омуль плохо шел. Зато рыбаков с Красноярска навалом было. Я тут насчитал 7—8 лодок, не считая проезжих катеров. Да, тут интересно получается: летом, когда приезжих нет, рыбинспектора тут как тут, наших деревенских обирают. Осенью начался сезон — высаживаются десант рыбаков за десантом, а вот наших инспекторов ни одного не видно. А перед ледоставом, когда десантники уехали, наши инспектора тут как тут, опять достается нашим.

Насчет охоты трудно сказать, сам еще в лесу не был. ...И все охотники дома околачиваются. Робка Максунов — тот с осени какие-то дни побегал, а так редкие дни трезвого можно видеть. Валера Еремеев тоже дома сидит, но тот хоть капканы расставил. А что ловится, трудно узнать, ведь шкурки сбывают, кто как сможет. Сам-то уже давно намереваюсь с ружьишком побегать, ну как-то не получается, все находятся дела поважней.

Тут на днях Сашка Пупков чуть не крякнул, — ведь надо же всю осень водку без перестана глотать. Олег тоже от бати сильно не отстает по этому делу. Гончаров тоже все больше дома находится, другой раз потихоньку на недельку исчезнет и опять дома.

 

1998, май

...Сегодня, как день праздный, решил с вами поболтать, как вроде сходить в гости и поздравить вас с праздником Первомая. На улице мокрый снег, то рыбалка отменяется, а ведь утром недавно было даже -25°, так что еще и весной не пахнет, даже снег с крыш не сошел.

В лес ни разу не ходил, что-то ноги стало стягивать, ведь за свою жизнь немало было тайги истоптано. Да, хочу похвастаться, только не знаю: это перед добром или к худому. Перед своим днем рождения решил сеть осмотреть. И попался такой таймешок, что еле его из проруби вытащил, — длина 1,20 м, толщина 0,80 м, а весом 35 килограмм. Домой пришлось волоком тащить. Вот теперь и думаю, к чему бы это, ведь такого еще в жизни не приходилось видеть. ...Живем довольно тихо и мирно в стороне от всех событий. Только с Людмилой Арзамазовой дела неважно: в марте с санрейсом увезли в Туруханск. А так пока все остальные на своих ногах. Ну про Камайдусу никто ничего не знает. Варвара, та уже наверно лет десять как ушла. Также и Вася Жирный, — как увезли и посадили, так и весточку не дал, ведь Марии тоже давно нет, только сын ихний здесь без дела как-то и живет. Про Могильникова тоже никто не знает, где он, уехал-то давно. Гончаров с женой и мать его здесь, и младшая дочь ихняя с семьей здесь, а две старшие дочери в Верещагине. Сам-то он теперь больше дома находится, так с осени на недельки 2—3 уходит в тайгу и зимой изредка. По рассказам, соболь нынче был, только в капканы плохо шел. Так, по слухам, на охотника 10—20 штук вышло и средняя цена до 260 рублей. В общем, охотой-то никто серьезно не занимается, больше рыбалкой.

...Вчера вечером шел дождь, а сегодня утром кое-как двери открыл. Снегу навалило по колени и 10° мороза, вот тебе и Первомай.

 

1998, декабрь

...Река нынче вскрылась 1 июня и подошла до самого порога, но выше не зашла. Только одному затопило постройки — хлев и сарай.

Утки почти не было. Я всего два вечера посидел за ними, а на третий вечер только устроился, как Енисей зашумел и пришлось драпать домой. И вся моя добыча 2 утки и 3 чирка. После уже на охоту не ходил: картошку садил, и то в ватнике и зимней шапке, только без рукавиц.

Нынче в деревне зарезали все своих коров, даже Гончаров, говорит, что сено не успел полностью заготовить и силенки уже не те.

...Уже четвертый день валит снег и за сутки подваливает, примерно, с сидячую собаку. Я тут взялся за рыбалку, ну как-то не получается с этой погодой, бывает, что и неделю сеть не смотрена. Тут еще и медведи стали к нам наведываться. Там где моя сеть, тоже один по берегу расхаживал, но встретиться не удалось. Здесь охотникам все путики и избушки разворотили. Я-то вторую зиму так ни разу толком и не поохотился, все дела поважней. Нынче соболь здесь на краю берега был, ну его уже по первому снегу выловили, то есть не спелого. А в глубе тайги соболя мало и белки тоже. В общем, с каждым годом тайга становится все скудней. Глухаря и рябчика даже забыл, когда последний день видел.

Ну, в деревне какие новости. Людмилу Арзамазову похоронили весной. Пупков пока скрипит, хотя редкий день трезвый бывает. Также и Робка Максунов изредка солнышко видит, уже давно в тайгу не ходит, все около дома. Летом красная рыба шла неплохо, тую загоняют на пароходы или коммерсантам. Также и пушнину, только на ту спроса нет. В общем, пока живем не так плохо, если верить тому, что в газетах и в телевизоре.

 

1999, декабрь

Ну вот опять прошел год, поближе к конечной остановке. ...Мне он никакой радости не принес. ...Лета, можно сказать, вовсе не было. Всего, наверно, в конце июля дней 10 постояло жаркой погоды, а то все время север — то с дождем, а то без дождя.

Налимов наловил. Нынче и инспекция не очень-то трогала. Как-то раз самоловы поснимали, ну сети не тронули, только рыбу собрали из сетей. Мужики ловят рыбу и на пароходы загоняют. Красная идет по 20—30 рублей за килограмм, омуль по 15 рублей. Нынче омуль не очень-то был, ну и погода не давала ловить.

...На охоту никак не могу собраться: птицы и белки совсем мало. С осени мужики соболя взяли не очень густо, он теперь обходится в среднем 700—800 рублей. Ну, продает его кто как сможет, ведь скупщиков много. Также и рыбу, — такая картина в наших краях.

Тут во второй половине августа Шура Арзамазова внезапно заболела и пришлось санрейсом отправить в Туруханск. Не успел от этого опомниться, как получил весть, что утонул мой племянник в Туруханске, в самом расцвете — 31 год. ...Теперь часто думаю, что мы такого сделали, что нас постигла такая судьба. Ведь у сестры утонул муж и оставил ее с четырьмя малыми детями на руках, а 4 года спустя утонула средняя дочь в возрасте 10 лет. И теперь опять сын утонул на том самом месте, где и отец.

Ну деревушка наша живет своей обычной жизнью, наши общие знакомые пока живы и здоровы. Про Могильникова Н. никто ничего не знает, ведь он же был своего рода чудак, — погрузил все свои пожитки на лодку и подался вверх по Енисею, вот все, что я про него знаю.

Никакой охоты нынче не получилось. Я всего четыре вечера за утками ходил. И можно сказать, что их путем и не видел, хотя погода была отличная. За ночь пролетело немного, 4 или 5 табунков и те высоко. Раньше под бугорчиком все кусты звенели от утиных голосов, а нынче полная тишина. А таких видов как красноголовые (по-нашему так) и получерные в глаза не видел и не слышал А все-таки достал 5 чирков и 2 шилохвости. И еще ночь съездил за ондатрами и двух все-таки нашел.

Настроение то бодрое, то иду на дно, как-никак, в феврале перевалило через 73. Магазин-то пока еще держится, ну торгует только самыми необходимыми продуктами и водкой, и то не всегда. Водку привозят всегда, ну она почему-то быстро кончается. До сих пор продавцом была младшая Гончарова дочь Марина, а теперь она осенью уедет в Туруханск, жить ведь надо — детей в школу. Здесь только три класса, учителем Ганина маленького дочь Нина, — то учит, то запьет. Здесь вся беда из-за школы, потому все и уезжают, что детей учить надо. В общем, наша деревушка, наверно, исчезнет, ведь раньше люди приезжали сюда с удовольствием, только квартир не хватало, а теперь появились пустые дома. Вот на днях Клава Кусамина тоже уехала в больницу и, наверно, обратно не вернется. Также и Робка Максунов свою мать отправил к дочке в Туруханск, и сам запился. Да, тут еще как раз после встречи Нового года Нина Дибикова зарезала ножом своего брата Вадимку, то есть сына Васи Жирного, так что от Васи никакой памяти уже не осталось. Недавно был суд и Нине дали 4 года. Так что из той карточки, что вы прислали, на которой были когда-то маленькие ребятишки, никого в живых больше нет, кроме одной Ганькиной дочки. А так-то живем спокойно. Мужики ловят рыбу и пропивают тут же. Я пока рыбалкой не занимаюсь, лодка совсем осохла на камнях.

 

2000, декабрь

С этой осенней работой все никак не могу с письмом собраться. Видно, что лень начала брать верх. Это лето мало было похоже на лето, дождей было мало, все время север держал. Тут одно время казалось, что и картошка погибнет. Ну пронесло.

...С ягодой в лесу плохо было, только черниги набрал больше ведра, также и грибов мало было. А вот интересно, что в Туруханске грибов полно было, также и в Сургутихе бруснигу и чернигу лопатами гребли, а далеко ли это от нас. Когда слушаю сводку погоды и говорят, что «местами будет плохая погода», значит, это про нас говорят.

В лес нынче еще не ходил. Уже боюсь, как бы ружье не начало ржаветь. Даже песик на меня начал обижаться. Мужики говорят, что нынче в лесу пусто: ни соболя, ни белки, ну также и птицы нет. Ну, мужиков-то в деревне по пальцам пересчитать можно. В августе утонул Иван Кусамин, младший сын Клавы. Тут правительство выделило остякам как малоимущим каждый месяц по 300 рублей, и они получили сразу за 6 месяцев. И как запили, так и по сей день. Иван Кусамин решил Бакланиху переплыть и силенок не хватило. Через недельку всплыл и его нашли. И получилось так, что на второй день и мать его Клава умерла, так что похоронили в одной могиле. Так что из Кусаминых остался один Сергей, тоже дома пьянствует. Маленько погодя умер и Сашка Пупков. В общем, тут мужики серьезно занялись пьянкой. А если разобраться, то почему и не пьянствовать, раз на работу никто не гонит.

Робка Максунов тоже уже сколько времени из дому никуда не ходит, кроме как в Верещагино попьянствовать. Гончаров тоже в лес не ушел, видно, со здоровьем неладно, они же, Гончаровы, врачей не признают. Ну а так-то мы в деревне живем вроде ничего: свет есть, почту раз в неделю везут, фельдшер есть, в школе три класса и 4 ученика, есть учитель, директор и техничка. Также и в детсаду 5—6 ребятишек и вся обслуга — как положено.

 

2001, май

...Все морозы да морозы, так на диване всю зиму и провел. Вся работа — дрова и воду домой принести. Да, такую весну еще не помню, чтобы в первой декаде мая еще снег с крыши не сошел, и даже на берегу Енисея все камни в снегу. Тут на Первомай слышал, что в Москве +22, а у нас -22°. Еще сообщают, что вверху по Енисею один за другим населенные пункты затопляются. И теперь, если что-то серьезное случится, то, наверно, с нашей деревушкой придется распрощаться. Ведь мы зимой избрали новую Главу района. Ну она обещала поднять районную экономику и, возможно, все маленькие деревни закроет. Так что настроение помаленьку спускается к пяткам.

А так-то все спокойно. Рыба ловилась неважно. Также и соболь шел неважно, белки совсем не было. Все бывшие старые охотники дома, Гончаров просидел сезон дома. Робка Максунов каждый день не просыхает. Нынче зимой опять один, сын Елены Дибиковой, замерз. По пьянке надумал пешком в Верещагино сходить. Получается, что государство об остяках как будто заботится, а их все меньше и меньше.

 

2001, декабрь

...Нынче даже ружье с вышки не стаскивал, поскольку стрелять было нечего. Вода разлилась и погода теплая, а уток почти не было. После по кустам шарился, бревна на дрова искал и редко когда спугнешь парочку уток. А ондатру и в глаза не видал. А потом и бревноход кончился, если что и понесет, то бревна старые и полугнилые, так что жизнь потихонечку меняется.

Мужики летом рыбу поймают, загонят и пьянка до упаду. А красная рыба хорошо ловилась, жить можно мужикам хорошо. Я никак не могу понять одно: лицензии на красную рыбу не даются (запрет), инспектору попадешься — штраф 8 000 рублей. А вертолет прилетает за красной рыбой и в Красноярске на базаре продается рыба по 300 рублей килограмм. Даже стенд есть: «Тунгусская осетрина». Как это так?

Теперь, кажется, у нас настала зима, сегодня -36° и ветерок. Зато прошлый месяц был теплый и снежный. Нынче все охотники жалуются, что тайга пустая, ходового соболя не было, также и белки. В общем, охотникам стала проблема со сбытом пушнины. В Красноярске за соболя высшая цена 3 500 рублей, ну в Туруханске столько уже не дают, а в Верещагине еще меньше. Охотники теперь сами нанимают вертолет для завоза и вывоза на участки, и все говорят, что окупается. Ну они те года ловили по 100 с лишним соболей за сезон. Нынче нанять вертолет для завоза стоит по 10 соболей с человека, не знаю, сумеют ли рассчитаться охотники, — это не моя охота.

Я осенью уток не видал и гусей даже не слыхал. А ведь раньше осенью над каждым озером уток полно было, и на самой речке постоянно табуны. А нынче если где-то парочку встретишь, то и хорошо. А боровую я уже забыл, когда последний раз видел. И ягода нынче была какая-то мелкая и больная. А вот в Келлоге и Сургутихе — полно.

Ну про себя что сказать. Пока держусь. Правда, руки стали беспокоить, ночью будят. Не знаю, отчего: или лед стал долбить, или просто пора подошла. Вот и с Шурой дела похуже, то давление, то сердце, еще и глаза что-то стали портиться.

А так пока в деревне спокойно. Олега Пупкова осенью увезли в больницу, а теперь и Робку Максунова увезли тоже, не знаю, вернется ли обратно. Вот так и живем. Всего вам хорошего! Лаймон.

 

Добавить комментарий

Уважаемые пользователи!
Данное сообщение адресовано, в первую очередь, тем, кто собирается оставить комментарий в разделе "Наши авторы" - данный раздел создан исключительно для размещения справочной информации об авторах, когда-либо публиковавшихся на страницах альманаха, а никак не для связи с этими людьми. Большинство из них никогда не посещали наш сайт и писать им сообщения в комментариях к их биографиям абсолютно бессмысленно.
И для всех хочу добавить, что автопубликация комментариев возможна только для зарегистрированных пользователей. Это означает, что если Вы оставили свой комментарий не пройдя регистрацию на сайте, то Ваше сообщение не будет опубликовано без одобрения администрации ресурса.
Спасибо за понимание,
администрация сайта альманаха "Охотничьи просторы"

Защитный код
Обновить